Книга Без страха и упрёка 2, страница 113 – Андрей Земляной

— Вы уверены?

— В медицине уверенность редко бывает полной. Сейчас состояние стабильное.

Сталин несколько секунд смотрел на него.

— Сколько операций вы сделали раньше?

— Достаточно, чтобы не учиться на капитане Крылове.

Ответ прозвучал прямо, без попытки произвести впечатление.

— Это не число, — заметил Сталин.

— Число ничего вам не объяснит, товарищ Сталин. Были операции проще и сложнее этой.

— Где?

Алексей выдержал короткую паузу и едва заметно улыбнулся.

— До армии.

Сталин не стал продолжать расспрос.

Вместо этого он указал трубкой на автомат.

— Это тот образец, который Генеральный штаб испытывает для вашей группы?

— Да.

— Стреляет тихо?

— Тише обычного автомата. Полностью звук не исчезает, но не даёт направления на выстрел и гасит вспышку.

— Светильник тоже ваш?

— Крепление и сама лампа сделаны по нашим требованиям. Для стрельбы, осмотра помещений и работы ночью.

— А те два прибора в операционной?

— Та же основа, только с другим корпусом и на штативах. Лампы специальные, поэтому батареи расходуются медленнее.

Сталин посмотрел на Тихонова.

— У вас каждый боец умеет пользоваться всем этим?

— Основное снаряжение знает каждый, — ответил командир. — Специализация остаётся. Старший лейтенант Сулакшин отвечает за связь, Старший лейтенант Копытин за подрывное дело, старший лейтенант Горелова за медицину, но при потере одного остальные не должны остаться беспомощными.

— А Штурмин отвечает сразу за всё?

— Он отвечает за то, что ему поручено, — осторожно сказал Тихонов. — Но специалист он уникальный и поэтому тащит несколько направлений. Но не подменяет собой людей а скорее подпирает их, равно как старший лейтенант Гарсиа, подпирает сапёра Копытина.

Алексей едва заметно повернул голову к командиру, но промолчал.

Сталин это заметил.

— Правильный ответ, товарищ подполковник, — произнёс он. — А то складывается впечатление, что старший лейтенант у вас одновременно стрелок, сапёр, врач, конструктор и автор песен.

— Чаще это помогает делу, — ответил Тихонов.

— Верю.

Со стороны ворот подошёл Берия. Он приехал несколько минут назад, успел переговорить с Руденко и теперь направлялся к Сталину в сопровождении двух офицеров НКВД.

— Товарищ Сталин, предварительный осмотр документов, нападавших закончен, — доложил Лаврентий Павлович. — Пропуска подлинные, но выданы людям, погибшим или пропавшим на фронте. Печати настоящие. У немцев были подробные схемы внешнего периметра и графики смены постов.

— Значит, помогали из Москвы, — сказал Сталин.

— Несомненно. Проверка уже началась.

Берия посмотрел на Штурмина, затем на Тихонова.

— Особо хочу поблагодарить группу Генштаба за Скорцени. Его доставят в специальный госпиталь. Охрана отдельная, врачи предупреждены. Как только состояние позволит, начнём допрос.

— Совместно с Генеральным штабом, — напомнил Тихонов.

— Я помню, Степан Григорьевич, — ответил Берия. — После сегодняшней ночи спорить о принадлежности пленного никто не собирается.

Сталин перевёл взгляд с одного на другого.

— Вот и хорошо. Немцы хотели войти в этот дом, а вместо этого привезли нам своего офицера. Следует узнать, кто готовил операцию, кто снабдил их документами и сколько подобных групп ещё находится в стране.

— Сделаем, товарищ Сталин, — ответил Берия.