Книга Соседские войны, страница 13 – София Чар

Выбраться из машины Артура удалось не без труда. За время поездки пятнистое чудовище окончательно исполосовало юбку, разматывать остатки которой я не рисковала, чувствуя себя царем Соломоном: в смысле, пока импровизированная печать в виде узла ткани держала пушного демона — мир был в безопасности.

Вывалившись на улицу, я на максимальной скорости побрела к подъезду, стараясь не поднимать головы, как откуда-то со стороны раздался кашель. Да, да, Никифор Дмитриевич, никотин тоже влияет на психику, завязывайте с этим. Я девушка приличная, а это крашенное горбатое чудовище вам только мерещится… Но финт ушами не удался — за пышной стенкой дикого винограда меня ждал далеко не дружный вопль старушек-заседалок нашего дома. Нет, от тройки ступеней к спасительному подъезду меня отделяло воплощение Зла, презрительно воззрившееся на меня.

Да, Воронов, девушка я теперь яркая во всех отношениях, любуйся!

В этот же момент из жгута ленточек, что еще недавно были моим выходным платьем, показалась голова Ворона.

— Приятно видеть, что жизнь соседей определяется и настраивается. Первый кот из десятка, положенных каждой уважающей себя сильной и независимой? — снисходительно поинтересовался Воронов.

И пока птичка двуногая издевалась морально, птичка шерстяная издевалась физически, снова запустив когти мне в ногу.

— Лучше кот в доме, чем скот! — едва сдерживая слезы, выпалила я.

Терпеть большее издевательство от этой парочки я не могла. Удобнее перехватив кота, я обогнула мужчину и что было духу бросилась к своей квартире, где наконец-то свалила кота в ванную.

Все у меня не как у людей: обычные девушке в подоле детей приносят, а я — котов.

Ворона подобное обращение не вдохновило — он сразу же попытался выбраться, но попавшийся под руку веник быстро вернул поганца на место.

— Нет уж, сначала я тебя вымою, а потом будем решать, как жить!

Ответом мне послужил исполненный ненависти взгляд. Так мог бы смотреть пленный гестаповец на отечественного разведчика. Когда же я щедро полила кота шампунем, тот зарычал — низко и угрожающе, но партизан в моем лице был настроен решительно. Никаких реактивов и светящихся котов в моем доме!

— А теперь смертельный номер… — уныло протянула я, включив воду.

У меня был небогатый опыт мытья котов, и этот опыт не сулил ничего хорошего. Морально подготовившись к представлению в лучших традициях экзорцизма с ловлей пациента под потолком, я направила струю воды на кота. В тот же миг раздался дикий рев. Дернувшись от неожиданности, я едва не выронила шланг, изумленно уставившись на Ворона. Вместо того чтобы шипеть и пытаться сбежать это полоумное существо замерло, широко расставив лапы и горланило во всю силу глотки, проверяя акустику ванной. Акустика оказалась отменной, за что я уже скоро получила порцию оваций по батареям.

Плюнув на всякую осторожность, я принялась смывать с кота окрас стиля парикмахерской «Рукожопик» свободной рукой. Что бы ни было в колбах изначально — краской это вышло отменной. Вода буро-зеленого оттенка не спешила светлеть, кот не спешил замолкать, а овации угрожали уже скоро сменить локализацию с батарей на мою дверь, а после и голову.

В конце концов добившись более-менее приемлемого результата, я выключила воду.

— Будем считать, что зелено-фиолетовый оттенок — природная аномалия. — заключила я, набросив на кота тряпку.