Книга Как родные, страница 44 – Таня Балер

— Уже одеваюсь, - удивила она его. - Надо кроме букета что-нибудь к чаю купить.

С цветами Василий в салон красоты или барбершоп, разумеется, не совался. С двенадцати лет у него был свой мастер, а так как денег с него за работу не брали, возобновив регулярные посещения после армии, он стал приходить на стрижку с букетиком цветов в качестве оплаты.

Что уж тут поделать, наш Васятка галантный малый.

Марина Троицкая была ни каким-нибудь модным стилистом, а парикмахером старой закалки и работала в соцзащите, отчего большая часть её клиентов были стариками из дома престарелых и детьми из неблагополучных семей. Сына и близких она всю жизнь подстригала сама, и порядок действий не менялся. В большой комнате квартиры Троицких скатывался ковер, на голый линолеум ставилась табуретка, на неё садился кое-кто немного заросший и лохматый, и мама Димы с помощью ножниц, простенькой машинки для стрижки и пульверизатора с водой приводила его в божеский вид.

В этот раз всё происходило также, разве что после Димы и Васи под уговоры тёти Марины место на табурете заняла Даша, и ей укоротили волосы на пять сантиметров, убедив, что они станут более здоровыми. А потом они ели торт «Прага» и пили на выбор либо цикорий, либо ромашковый чай, так как ничего другого хозяйка не держала.

Мужем Марины был жалостливый слесарь, готовый работать за бутылку, если ему не могли заплатить деньгами, и любивший приукрасить свою речь залихватским матерком. Диме было почти девять лет, когда родители развелись, и двенадцать, когда мама встретила нового сердечного друга – плиточника с золотыми руками, который при сильных эмоциях мог изъясняться по фене. Эти двое и повлияли на его манеру выражаться, ведь сама женщина была простодушной и настолько спокойной, что невозможно было представить её вышедшей из себя и использующей ругательства. Четыре года назад она стала вдовой и начала следить за здоровьем, благодаря чему и заимела такой специфический набор напитков.

Вот и вышло, что пропустив обед у свекров, Дарья всё равно на выходных отметилась чаепитием с представителем старшего поколения. И, как и от Ламановых, уйти с пустыми руками не удалось, ведь Димина мама вручила им и сыну по двухлитровой банке салата «Витаминка».

А когда пара ехала домой, Васе позвонила маменька, и сидевшая спереди Даша слышала необычайно короткий для Натальи Васильевны разговор с сыном.

— Ты в машине, что ли? Куда едешь?

— У тёти Марины Троицкой был.

— Ты вчера совсем чуть-чуть с нами посидел и сбежал, не успела рассмотреть, как ты зарос. Нужно за собой следить, а то твой отец, если б я ему позволила, ходил бы косматый. Помнишь, когда он фабрику продал и бриться перестал, у него борода пошла мало того что с сединой, так ещё и с проплешинами?

— Он недолго так ходил.

— А Даша что? Она из квартиры то выходит? Без тебя где-нибудь бывает? Ты не спорь, с девчонками посидеть – это нормально и даже полезно.

— Даша со мной, - ответил Вася. - Привет тебе передаёт.

— Правильно, вы же муж и жена, незачем тебе одному разъезжать. Ладно, дети, пока! - завершила разговор Наталья Васильевна.

— Было странно.

— Мама сегодня странная, - одновременно произнесли супруги.

А в понедельник днём Даше позвонил свёкор и вместо традиционного лёгкого трёпа, слишком настойчиво пытался разузнать, как у неё дела, не удовлетворившись стандартным: «Всё нормально, живу – не тужу».