Книга Как родные, страница 40 – Таня Балер

— Я тебе не контролирую, а забочусь! Не хочешь лечиться, ладно, съездим в магазин, накупим йогуртов и детских пюрешек в маленьких баночках, от них плохо быть не должно, буду кормить тебя ими всю жизнь, только перестань уже вести себя как обиженный ребёнок.

— Ты меня детским пюре собрался кормить, как ещё мне себя вести?

— Даш, сама себя послушай! Что ты несёшь и какого результата добиваешься?

— Чтобы ты пораньше уехал, и перед обедом провёл пару часов у Олеси. Она ведь беременна и ей нужна наша поддержка! А раз я остаюсь дома, то никому не придётся отвлекаться на меня, и наша будущая мамочка получит максимум твоего участия.

— Чего ты Олеську мне всюду подсовываешь? - стал метаться по кухне Вася. - Беременные ведут себя неадекватно, чтобы она тебе не сказала, забей. Или это мама тебе тиранить начала? - нашёл он ещё одно объяснение и как-то разом успокоился. - Это мы с Лариской обязаны её любить и уважать, а ты просто воспринимай её как престарелую женщину с возможными проблемами с головой и не принимай её слова всерьёз.

А Ламановы старшие, уже успевшие позавтракать, в это время подъезжали к рынку, чтобы купить свежего творога, сметаны и сыра.

— Дети ещё пять часов не появятся, я бы попозже один съездил и всё купил, - продолжал бурчать Иван Владимирович.

— У кого бы ты купил? Ни где прилавок, ни как Оксана выглядит, не запомнил.

— Будто она одна во всем городе молочку продаёт.

— У неё точно всё здоровое и свежее, поэтому к обеду разбирают, - уже по второму кругу принялась рассказывать Наталья Васильевна. - Салат с сыром сделаю и сырники пожарю. Олесе, наверное, сладкого хочется, а много нельзя, сырники с вареньем самое то. А Дашке творог со сметаной и сахаром намешаю, раз она жареное есть нормально не умеет. Даже молоко пить не может, и куда её родители смотрели?

— Молоко то тут причём? Я его тоже не люблю.

— Не любить – это одно, а ей от запаха плохо, поэтому блины у неё нормальные не получаются. И как она только выживала без Васи, совсем ведь к жизни не приспособлена, - то ли пожаловалась, то ли посочувствовала престарелая женщина с возможными проблемами с головой, отстегнув ремень безопасности. - Хорошо, что они с внуками не спешат, а то она такая хилая, что всю беременность на сохранении пролежит. Вот сделаем из неё здорового человека, на Олесиной дочке покажем, что такое дети малые, а уже потом...

— Без тебя разберутся, - остановил её муж. - А будешь лезть, тебе вообще ничего рассказывать не будут. И правильно сделают.

Возмущенно пыхтя, Наталья Васильевна вылезла из машины и молчком проследовала к крытому рынку.

— Ты под что меня подставляешь? - скупившись и снова оказавшись на пассажирском место, спросила она. - Это мы с тобой наедине разговариваем, я к детям в постель супружескую не лезу, а только как лучше подсказываю, я же не злая свекруха из анекдотов!

Полчаса. Ровно столько Дарья была довольна собой и тем, что избежала встречи с Олесей и обеда свекрови. А потом:

«Что я наделала? Зачем отпустила его одного к ней? То есть не прямо к ней, но они будут общаться, а я не смогу увидеть и понять, есть ли что-то между ними».

Она даже подскочила с дивана, словно собиралась мчаться к свекрам или хвататься за телефон и просить мужа вернуться, но запнулась о свой же тапок, чуть не упала, и когда, размахивая руками, сделала два шага, восстанавливая равновесие, ударилась запястьем об угол комода и расплакалась.