Книга Кошкин муж, страница 72 – Таня Балер

Стас нахваливал угощения, а Люба отвечала на вопросы о своих родных.

Со стола убрали в час ночи, потом вчетвером прогулялись по хрустящему снегу под звездным небом и в два разошлись по спальням.

А в новом году Люба уже не просто проснулась в одной постели со своим очень даже симпатичным мужем.

Они со Стасом переплелись руками и ногами, её голова оказалась на его плече, и на рукаве мужской футболки образовалось влажное пятно, красноречиво свидетельствующее, что жена пускала на мужа слюни.

— С Новым годом.

Вот чёрт! Напрасно Люба, увидев, что его глаза закрыты, понадеялась, что он спит.

— Взаимно, — откатилась с него на подушку Люба.

Но физический контакт разорвался ненадолго. Не успела она вытянуть конечности вдоль тела, как её взяли за руку, обхватив ладонь, подняли, потянули вверх и оставили тёплое прикосновение на костяшках.

— Это за что мне? — прочистив горло, спросила Любовь у мужа, зачем-то поцеловавшего её руку.

— Хочу сделать тебе предложение.

— Ещё одно предложение?

— Не сбивай меня. Я хочу тебя попросить, — продолжил Дубравин младший. — Я изменился. И ты тоже пересмотрела свои стремления, раз у тебя случилось это самое с тем мужчиной, — не назвал он имени, будто не помнил (ещё как помнил и никогда не забудет). — Давай попробуем быть с друг другом.

— Как настоящие муж и жена? — поняла всё правильно Люба. — Взаправду?

— Как пара. Позволь мне за тобой ухаживать.

— Ты и так за мной ухаживаешь и заботишься. Мы живём вместе, — стала перечислять она. — Делим домашние дела, готовим, едим, проводим время вне работы и почти всюду ходим вдвоём. Не считая родни, ты мне самый близкий.

— Тебе этой ночью плохо спалось?

— Так хорошо, что я тебя обслюнявила.

— Выходит, спать со мной ты можешь.

— Мы же не про это.

— А я про это.

— И большего тебе не надо будет?

— Только тогда, когда надо будет тебе.

— Не знаю, — вздохнула Люба. — Сложно это для утра первого января.

— Я ещё с Питера планировал с тобой об этом поговорить, но всё откладывал в ожидании подходящего момента.

— А я думала, ты в командировку с подругой поехал.

— Нет у меня подруг. И не будет. Я же женатый человек.

Ну вот и всё. Стас сказал то, что в нём так долго зрело. Или почти всё?

Нет, всё. Люба ему очень нравилась, он уже не представлял, как будет жить без средней дочери Кошкиных, но и признаваться в вечной любви не мог. Не было у него уверенности, что это именно такая любовь, а не привязанность и симпатия к привлекательной девушке. Она права, для только начавшегося года сказано достаточно. Вот только что делать дальше?

Руку свою вытаскивать из его хватки жена не спешила, что Стас расценил хорошим знаком, но теперь нужно как-то рассеять эту серьёзность, ведь они приехали на праздничные каникулы. Придумать шутку и предложить ленивые планы на день он не успел.

Люба сама разрешила проблему, снова задав неловкий вопрос.

— Ты вечером заметил, что у твоего папы на шее пятно?

— Засос. Видел.

— Это после совместной бани с Лидочкой, — ободряюще сжав её пальцы, села она.

— Тебе нравится меня мучить.

— Я это всё к тому, что твой папа бодрый и активный мужчина. Можно не переживать о его здоровье. Он ещё ого-го, — поделилась своим выводом Любовь.

Этим днём они осваивали подарок для Станислава Викторовича, убрав снег у него и во дворе Лидочки. Потом был ранний ужин и просмотр фотокарточек.