Книга Мой свет средь миров, страница 118 – Мила Юстус

— Может всё-таки закончим на этом?

— Нет, — она упрямо вздёрнула подбородок и, отстранившись от него, привстала на коленях на кровати.

Ратмир с недоумением глядел на возлюбленную, не понимая её замысла. Она протянула руки к его волосам и аккуратно распустила. Веста с почти детским восторгом пропустила сквозь пальцы светлые пряди и отвела их назад. Она мягко улыбнулась и заглянула в его глаза.

В бездонном взгляде ярко пылали переполнявшие её чувства. Веста взяла в ладони его лицо и принялась покрывать нежными поцелуями. Ратмиру стоило титанических усилий справиться с собой, её прикосновения с лёгкостью подтачивали его некогда железное самообладание.

Веста неожиданно остановилась, но, как оказалось, лишь для того, чтобы опустить руки на пуговицы его рубашки. Он едва сдержал желание сделать всё самостоятельно, ощущая, как тонкие пальцы касаются его кожи, распаляя ещё сильней. Она сняла с него рубашку и поднялась с кровати.

Ратмир затаил дыхание, не сводя с неё глаз. Веста встала в паре шагов от него и расстегнула платье. Оно стремительным потоком скользнуло вниз, опустившись на пол пышным светло-красным облаком. Её прикрывало лишь несколько кусочков кружевного белья.

Филакас судорожно сглотнул. В мягком мерцании неярких ночных лучей, нахально проникавших в узкие окна, обнажённое тело возлюбленной, казалось, слегка сияло. Его супруга была прекрасна как никогда и он неторопливо направился к ней, не отводя глаз.

— Ты самый яркий и восхитительный свет, который я видел, — чуть слышно выдохнул он, глядя в смущённое лицо супруги. — За которым я пойду куда угодно.

— И много ли ты видел девушек в подобном виде? — попыталась съёрничать она, но пылающие щёки выдавали её чувства.

— Для того, чтобы знать это, мне вовсе не обязательно их видеть, — тепло улыбнулся он, прекрасно всё понимая.

Ратмир требовательно поцеловал её, не в силах сдержать рвущиеся на волю чувства. Она пылко откликнулась, обвив его шею руками. Близость любимой опьяняла. Супруг с благоговением касался своей половинки, неторопливо освобождая их от оставшихся одежд.

Он с трепетом и неприкрытым обожанием ласкал её. Веста неожиданно глухо вздохнула и прижалась к нему всем телом. Ратмир вздрогнул от пронзившего его острого желания. Он не мог больше ждать. Филакас бережно подхватил супругу и перенёс на постель. Он опустился сверху и слегка приподнялся над ней, удерживая себя на руках. Её глаза потемнели и покрылись поволокой страсти, но в них по-прежнему горел огонь, предназначенный ему одному.

— Я тебя люблю, — порывисто выдохнул Ратмир. — Ты — смысл моего существования.

Веста счастливо улыбнулась, обняла его за шею и притянула к себе. Их губы встретились, чувства обрели безграничную свободу. Влюблённые больше не сдерживали пылающей страсти, всецело покоряясь ей.

Они слились в жарком пламене всепоглощающей любви. Всё стало общим: стремления, желания, чувства и даже дыхание. Супруги отдавались друг другу без остатка, растворяясь в любимом существе, навеки становясь единым целым.

Отдохнувший после ночи мир привычно готовился к приходу нового дня. На бескрайнем небосводе мягко разгоралась огненно-красная воронка, окрашивая его в мерцающий лавандовый цвет и рассыпая утренние лучи. Они шаловливо пробрались небольшую уютную комнату, тускло озаряя её.