Книга Мой свет средь миров, страница 117 – Мила Юстус

Веста лишь тихонько вздохнула в ответ на его слова.

Ратмир трепетно обнимал возлюбленную, глядя, как неторопливо тускнеет на небосводе уставшее за день светило. Его последние лучи легли на небосвод кроваво-алым мазком, оживляя пепельно-сизое небо. Сумерки медленно заполняли комнату, смягчая очертания вещей, что в ней располагались. Безмятежная тишина ласково успокаивала, постепенно заглушая мучительную боль происходящего. Весь мир казался далёким как никогда и почти нереальным.

— Ратмир, — чуть слышно выдохнула Веста, заглядывая ему в глаза, — я люблю тебя.

— И я тебя, Свет мой, — печально улыбнулся он ей. — Больше всего на свете.

Веста потянулась и коснулась его губ нежным поцелуем. Филакас трепетно ответил, наслаждаясь желанной близостью возлюбленной. Внезапно её тёплые ладошки скользнули ему под рубашку и прошлись по телу. Он слегка вздрогнул от неожиданности и жара, опалившего его.

— Веста… — начал было он, но она вытащила руки из-под одежды и одной накрыла его губы.

— Я не хочу терять отведённое нам время, — прошептала она, не сводя с него глаз. — Нас уже ничто не разделяет…

— Ты достойна большего, чем первая близость в подобных условиях, — прервал её Ратмир, пытаясь отстоять свою точку зрения.

— Самое главное, что ты рядом, остальное уже не столь важно, — мягко улыбнулась Веста. — Ты — это всё, чего я жажду всю жизнь и даже смерть.

Её слова отсекли всякое желание спорить. Ратмир невероятно устал бороться с собой, с безумным влечением, что постоянно испытывал, думая о любимой. Она, наконец-то, была настолько близко, что оставалось лишь протянуть руку и пальцы ощутят мягкий шёлк её кожи.

Его ладонь ласково легла на щеку возлюбленной. Она доверчиво прижалась к ней и прикрыла глаза. На её лице отражалось блаженное умиротворение. Филакас едва не задохнулся от нахлынувших чувств. Перед глазами пронеслись их общие моменты.

Им пришлось пережить столько страданий, прежде чем их пути сошлись в один. А сегодня они объединятся не только энергиями, но и всей своей сущностью, познавая друг друга до конца. Не оставляя места даже крохотной тайне и недосказанности.

Ратмир ощутил, как по телу прошла жаркая волна возбуждения. Но его сейчас меньше всего волновало собственное удовольствие. Он переживал лишь о том, чтобы для его возлюбленной их первый опыт не стал горьким. Бережно, со всей нежностью, на которую только был способен, филакас трепетно коснулся её губ.

Чувственный поцелуй опьянял сладостью. Жар страсти медленно разгорался, постепенно превращаясь в гигантское пламя. Веста ласково обвила возлюбленного руками, словно в отчаянной попытке стать ещё ближе. Невинное прикосновение тёплых пальцев к спине вызывало в нём приятную дрожь.

Ратмир бережно положил ладонь ей на затылок, осторожно зарываясь пальцами в длинные пряди и не давая отстраниться. Она с готовностью прижалась к нему, пылко отвечая на волнующие поцелуи. Её близость, бархат пухлых нежных губ и аромат сладкой земляники сводили с ума. Ему стоило неимоверных усилий держать себя в руках, но наслаждение, сквозившее в чертах её лица, стоило того.

Филакас слегка отвёл волосы, обнажая изящную шею возлюбленной, и благоговейно коснулся губами тонкой кожи. Веста закусила губу, пытаясь сдержать стон, и склонила голову, открывая шею ещё сильнее. Её дыхание стало более глубоким и частым. Он коснулся губами хрупкого плеча, приспустив широкую бретельку платья и ощутил, как супруга неожиданно оробела и напряглась, и тут же отстранился.