Книга Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал!, страница 44 – Ксения Никонова

— Но вас-то двое!

— Ему придётся выбирать. Это будет непросто, но мы договорились, что не станем держать зла друг на друга, когда он сделает свой выбор.

— Тогда я иду с вами, — решительно поднялась я.

— Это ещё зачем? — насторожились обе соседки.

— Затем, что я не врала про приворот. На меня он тоже подействовал, хочу попытать счастья.

— Нет, Диана, ты не можешь идти с нами, — покачала головой Сесиль, трезво оценив свои шансы против моих.

— Согласна, — поддержала её Анет.

Ну ещё бы.

— Хорошо. Значит, пойду одна, — сообщила я, подхватывая веер.

— Ой, Диана. У тебя шов распускается, — ахнула вдруг Сесиль.

Я почувствовала, что рукав буквально отваливается от платья. Что такое?

— Здесь тоже, — обошла меня Анет с другой стороны.

Вот напасть! Придётся переодеться. Моё лучшее платье! Ну я модистке предъявлю эту халтуру. Двух недель не прошло. Третий раз всего надела.

Когда я переоделась и спустилась из своей комнаты в общий зал, соседок уже не было. А когда обнаружила запертую дверь, до меня дошло, что авария с платьем — это не случайность. Ловко они это устроили. И почему я забыла, что обе они владеют бытовой магией?

Вне себя от злости я кинулась к ректорскому кабинету. И уже на подходах услышала визг, топот и голоса. Битва была в самом разгаре.

— Так кто? — ещё раз спросил милорд. — И что вы все делали в столь неподходящее время у дверей моего кабинета?

Все, не сговариваясь, потупили взоры. Сесиль приложила ладони к горящим щекам.

Я пожала плечами. Попытка предупредить об опасности уже не актуальна, а в остальном я ничем не отличаюсь от других приворожённых. Мне очень хотелось видеть его. Затем и пришла.

И тут начался второй акт драмы.

Анет мешком свалилась с лавки, и всем стало не до разговоров, потому что она натурально выцветала у нас на глазах.

— Что с ней? — недовольно спросил милорд.

— Капли! — вспомнила я и стукнула себя по лбу за забывчивость.

— Что за капли?

— Не знаю, спросите Сесиль. Они сегодня говорили об этом.

— Сесиль⁈

— Ка-ажется, кле… петис, — невнятно пробормотала соседка, пряча глаза.

Милорд стал цветом почти как Анет.

— Сестра, собирайте целителей, даю полчаса, — скомандовал он. — Остальным выйти.

— Но… тут духовник нужен. Ей не помочь.

— Это приказ! — рявкнул он, срывая с груди ректорский знак.

Девушки попятились. А я осталась у дверей, не в силах отвести взгляд от умирающей. Её тело стремительно теряло цвет, становясь сероватым и каким-то полупрозрачным.

Милорд вынул ритуальные свечу и нож из креплений деревянного ящичка. Щелчком пальцев зажёг огонёк и опустился у тела Анет на колени. Положил ей на грудь символ ректорской власти. Резанув свою ладонь, он окропил кровью медальон и склонил голову, тихо бормоча. Сладковатый медовый дымок от свечи устремился к девичьему телу, завиваясь над ним спиралью.

Я ничего не поняла из этого кроме того, что Глендарт таким образом напитывал знак магией, стремительно опустошая свой резерв. В момент, когда моя брачная печать под рукавом начала беспокойно пульсировать, я опустилась рядом с ним и положила руку ему на плечо, позволяя своей магии прийти на помощь мужу, которому своей уже не хватало.

— Что вы делаете? — поднял Ливартис голову. — Уходите.

— Помогаю вам. Позвольте остаться? Мне часто в жизни говорили, что мою бы энергию, да в мирные цели. Кажется, это тот самый случай.