Книга Зверь в моем замке, страница 69 – Элейн Торн

Она вытерла слёзы и выпрямилась. Холодный ночной воздух отрезвлял. В голове постепенно прояснялось, и на смену отчаянной боли приходило что-то другое — горькое, но твёрдое. Решимость. Или, может быть, смирение. Она ещё не знала.

«Он жив. И этого достаточно», — сказала она себе. Семь лет она ждала, сама того, не зная — ждала ли она его или просто надеялась. Теперь надежда оправдалась. Он жив. Он свободен. Он станет королём. А она... она — дочь графа из глухого северного замка. Что она может ему дать? Чем может помочь? Он, наверное, уже забыл её. Вырос, возмужал, окружён советниками и лордами, и где-то там, в Верхейме, выбирает себе невесту — знатную, достойную, ту, что укрепит его трон.

«Пусть женится. Если он забыл меня — значит, так тому и быть. Я не могу страдать вечно».

Она повторяла это снова и снова, как заклинание, но слова отдавались в груди глухой, саднящей болью. Семь лет. Семь лет она жила ожиданием. А теперь, когда она узнала, что он жив, — стало только больнее. Потому что одно дело ждать неизвестности, и совсем другое — знать, что он есть, но он не с ней.

Лианна расправила плечи и глубоко вздохнула. Она проведёт этот вечер с достоинством. Она — дочь Корвейских. Она не опозорит свой род перед гостями.

Она вернулась в зал с таким спокойным лицом, будто и не было этих слёз в темноте сада. Щёки её слегка раскраснелись от холодного воздуха, но в остальном ничто не выдавало её волнения. Она заняла своё место за столом, подняла кубок, когда граф Эдмунд провозгласил тост за союз двух домов, и даже улыбнулась Седрику, когда тот, захмелев, начал хвастаться своими охотничьими подвигами. Изольда метнула на неё удивлённый взгляд, но ничего не сказала.

Элис, сидевшая напротив, наклонилась к ней и шепнула:

— Вам лучше? Вы так быстро ушли...

— Просто голова закружилась, — ответила Лианна. — Свежий воздух помог. Спасибо, что составили мне компанию в саду.

Элис просияла.

К полуночи, когда музыканты заиграли медленную, тягучую мелодию, а гости начали расходиться, Лианна поднялась из-за стола. Она пожелала спокойной ночи отцу, который всё ещё беседовал с графом Эдмундом о старых временах, кивнула Изольде и Седрику и направилась в покои, отведённые ей как гостье.

Комната была небольшой, но уютной. В камине весело потрескивал огонь, отбрасывая золотистые блики на каменные стены и на дубовую мебель. Высокое стрельчатое окно выходило во внутренний двор, и сквозь витражи, изображавшие герб Торнхиллов — золотой сокол на зелёном поле, — лился мягкий лунный свет. На кровати с балдахином из тёмно-бордового бархата лежало приготовленное ночное платье. У окна, в кресле с высокой спинкой, свернувшись калачиком, дремала Эльза. Её рыжая коса свесилась через подлокотник, а на коленях лежала раскрытая книга.

— Эльза, — тихо позвала Лианна.

Служанка встрепенулась, захлопала глазами.

— Леди Лианна! Простите, я задремала. Пир уже кончился? Как всё прошло? Вы не замёрзли? Я приготовила вам сорочку и грелку в постель...

— Всё хорошо, — ответила Лианна. — Помоги мне раздеться, и можешь идти спать. Ты устала.

Эльза принялась расшнуровывать платье, попутно рассказывая, как её поразил замок Торнхилл: «Такие кухни, леди Лианна, вы бы видели! В три раза больше наших! И кладовые полны, и слуги приветливые, и повариха — просто чудо, угостила меня медовым пирогом...» Лианна слушала вполуха, и этот привычный, уютный щебет служанки успокаивал её лучше всяких отваров.