Книга Зверь в моем замке, страница 115 – Элейн Торн

— Многие из вас гадали, кто я, — продолжал он, и его губы тронула лёгкая, едва заметная улыбка. — Я сражался под именем Рыцаря Северных Пустошей. Но теперь, когда турнир окончен, я назову своё истинное имя. Я — Эйнар, сын Торвальда, из дома Серебряного Плаща. Принц Верлорна, лорд Северных земель и наследный правитель Верхейма.

По толпе пробежал ропот. Северные земли. Верлорн. Королевство оборотней. Люди переглядывались, шептались, и в их глазах страх смешивался с любопытством. Принц — здесь, на человеческом турнире? Тот самый, о ком ходили слухи? Тот самый, чей народ ещё недавно считался врагом?

Эйнар выдержал паузу. Он не отводил глаз. Он стоял, как стоит человек, которому нечего скрывать и нечего стыдиться.

— Я знаю, — сказал он, — что между нашими народами была вражда. Я знаю, что многие из вас потеряли близких в тех войнах. Как и я потерял своих. — Его голос стал тише, но не потерял силы. — Но я здесь не для того, чтобы бередить старые раны. Я здесь, чтобы протянуть руку. Мир между людьми и оборотнями, заключённый королевой Морвейной и королём Эдриком, держится уже пять лет. И пока я жив, я сделаю всё, чтобы он длился вечно.

Он замолчал. Толпа не шевелилась. Даже скептики, даже те, кто помнил старую вражду, не могли не признать: этот человек говорил с достоинством. С силой. С правдой.

— А теперь, — произнёс он, и его голос снова стал твёрдым, — по праву победителя турнира я должен выбрать королеву этого праздника. Леди, которой я посвящаю свою победу.

Он повернулся к ложе. Его глаза нашли её — мгновенно, безошибочно, как стрела находит цель. Лианна вцепилась в подлокотники. Сердце колотилось так, что она была уверена: его слышат все вокруг.

— Леди Лианна Корвейская, — произнёс Эйнар, и её имя в его устах прозвучало как песня. — Я сражался за вас. Я победил ради вас. И если вы примете эту розу, я буду счастлив.

Он подошёл к ложе — неспешно, с той самой звериной грацией, которую она помнила, — и преклонил колено. В его руке, откуда-то возникнув, алела роза. Тёмно-красная, как капля крови на белом снегу. Он протянул её Лианне, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Электрический разряд пробежал по её коже.

— Лиан, — прошептал он, и это слово, сказанное одними губами, было только для неё. — Я вернулся.

Она приняла розу. Её пальцы дрожали. Глаза наполнились слезами. Она хотела что-то сказать — но слова застряли в горле. Она просто смотрела на него — на своего мальчика из подземелья, на своего волка, на своего принца. И весь мир вокруг исчез. Только он. Только она. И роза между ними.

Граф Корвейский, сидевший в центре ложи, на мгновение замер. Его лицо, обычно непроницаемое, дрогнуло. На нём отразилась целая гамма чувств: изумление, недоверие, быстрый, почти инстинктивный расчёт. Принц Верлорна. Здесь. В его замке. На его турнире. Тот самый наследник Серебряного Плаща, о котором последние недели судачили все — от кухонных служек до послов. И он стоит перед ним, протягивая розу его дочери.

Тишина, повисшая над ареной, стала звенящей. Все ждали.

Граф медленно поднялся. Он был высок, широк в плечах, и несмотря на годы, всё ещё внушал почтение. Его глаза, холодные и острые, встретились с глазами Эйнара. Двое мужчин смотрели друг на друга — старый воин, чьи руки были по локоть в крови оборотней, и молодой принц, чей род он когда-то разорял в северных походах.