Книга Адепты Формы, страница 56 – Ярослав Кирилишен, Алена Ламберт

Семьи получали спасение. Вайднер получал прибыль.

Где здесь зло?

Цена?

Цену платили потомки, через поколение. Люди, которые еще не родились. Абстракция. Статистика. Это не его проблема.

Маркус отвернулся от окна и подошел к столу. На экране планшета светились цифры отчета Евы по операции Тальхайм. Сорок один миллион. Их лучший результат за последние три года.

Однако теперь неожиданно появился орден. Эти двое в Мюнхене расспрашивали Элизу о семейных архивах. Это могло быть совпадением. Орден интересовался «семьями Формы» веками — ничего нового. Но могло быть и чем-то другим — первым признаком того, что кто-то начал понимать, что происходит.

Вайднер открыл файл с досье на членов ордена. Фотографии, биографии, связи. Он изучал их годами — знай своего врага. Доминиканцы, иезуиты, несколько мирян. Старики в основном — консерваторы, верящие в «баланс» и «священный порядок». Но появились и молодые. Один — особенно интересный. Историк из Польши, специалист по генеалогии. Несколько лет назад его имя мелькнуло в отчете Николаса.

Антон Леван.

Вайднер помнил это имя. Помнил, потому что Леван из тех семей, связанных с Формой. Редкий случай исследователя, который одновременно являлся и частью исследуемого феномена.

Интересно.

Маркус закрыл файл и посмотрел на часы. Через час было запланировано совещание команды. Нужно обсудить следующую цель: семью итальянских банкиров Даварини с безупречной хроникой обращений к Форме.

Но сначала он решил сделать еще один звонок и набрал номер Николаса.

— Те двое в Мюнхене, — сказал он без предисловий. — Мне нужны имена. Сегодня.

Пауза.

Потом голос Николаса:

— Работаю. Есть предварительные данные. Женщина — Сара Кениг, аналитик, работает на какой-то исследовательский фонд. Мужчина… — еще одна пауза. — Антон Леван. Историк из Варшавы. Формально является внештатным консультантом ордена.

Вайднер улыбнулся.

Антон Леван. Человек, который шесть лет назад разорвал собственную цепь с Формой. Человек, который сказал ей «нет» и выжил. Это уже не просто интересно. Это опасно.

— Установи за ним и его семьей наблюдение, — приказал Вайднер. — Круглосуточное. Я хочу знать каждый их шаг.

Маркус положил трубку и снова повернулся к окну.

Цюрихское озеро сверкало на солнце. Внизу по набережной шли люди, маленькие фигурки, не подозревавшие о механизмах, которые управляли их судьбами.

Но Маркус Вайднер знал. И Антон Леван, похоже, тоже начинал понимать.

Битва интеллектов. Зеркальные отражения. Один увидел в Форме опасность. Другой — возможность.

Вайднер предвкушал эту встречу.

Впервые за много лет у него появился достойный противник.

Вилла стояла на склоне горы над Вадуцем, столицей Лихтенштейна. Снизу, из города, ее не было видно — только верхушки кипарисов за каменной оградой. Местные жители, если их спрашивали, пожимали плечами и отвечали расплывчато о каком-то фонде и что-то связанное с исследованиями. Тихие люди — не доставляют хлопот.

Вайднер купил в этом месте виллу три года назад через цепочку подставных компаний. Официально она принадлежала благотворительному фонду «Меридиан» — той самой структуре, через которую проходили все финансовые операции. Для налоговой — исследовательский центр. Для соседей — частная резиденция. Для команды — штаб.