Книга Рейдер 2, страница 107 – Павел Астахов

Александр Васильевич нащупал пальцами злосчастную флэшку, и неожиданно у него закралось ужасающее по своей простоте и очевидности подозрение – а вдруг эта не та флэшка? Ведь он даже не проверил ее!

Но разбираться в этом уже не было времени. Шульга открыл дверь такси, намереваясь сказать, что ему нужно как можно скорее попасть в Шереметьево, как неожиданно сзади кто-то схватил его за локоть:

— Гражданин Шульга?

Внутри все оборвалось, и ноги Александра Васильевича подкосились.

…Голд понимал, что рано или поздно гром грянет, но он не подозревал, что это наступит так рано. А ему еще столько всего нужно сделать…

Он видел в окно, как задержали Шульгу, и ничуть не удивился. Сейчас все зависит от того, как этот слизняк будет себя вести. И успел ли он, интересно, избавиться от флэшки? По всей видимости, нет.

Голд усмехнулся. Он был бы полным кретином, если бы отдал Шульге один-единственный экземпляр компрометирующего материала в отношении этого чинуши. Разумеется, нет. Зная, что подходящий день, подобно этому, когда-либо наступит, Игорь Петрович заблаговременно снял с оригинала копию. Мало ли, когда-нибудь и она пригодится.

Голд включил телевизор, попав на новости. Как раз с места событий передавали о штурме дачи в Петрово. Богачев скорчил мину – спецназ, автоматы, заложники… Прямо игра в Рэмбо какая-то!

Он попросил секретаршу найти для него свободный ноутбук – Голду не терпелось убедиться, что деньги на месте и им ничто не угрожает.

Пока секретарша носилась по кабинетам в поисках ноутбука, его по селекторной связи вызвал на разговор министр. Голд мгновенно напрягся. Собственно, когда-нибудь этого следовало ожидать.

— Игорь Петрович, зайдите ко мне. И прихватите с собой все материалы по вашей программе, которую вы курируете. Вы понимаете, о чем я?

Голос руководителя звучал сухо и официально, и это еще больше не понравилось Голду.

«Знает», – пронеслась у него мысль. Прихватив папку, он побрел из кабинета.

За час до того, как Шульга появился в кабинете у Богачева, события разворачивались следующим образом.

Александр Васильевич и знать не знал о том, что происходило этой ночью в подмосковном Петрово. Голд лишь сообщил ему, что у Павлова теперь связаны руки и свои наработки-компроматы он вряд ли в ближайшее время осмелится реализовать. Одновременно Голд потребовал, чтобы Шульга отдал ему флэшку с цифровой подписью и специальной программой «Банк-Клиент», с помощью которой Александр Васильевич давал обязательные для исполнения указания «Инвест-Холдингу» и управлял капиталом.

Нехорошие мысли стали лезть в его голову, когда он увидел у своего здания автомобили прокуратуры и Следственного комитета. Пытаясь внутренне успокоить себя, что это обычное совпадение, Шульга поднялся на лифте и зашагал к своему кабинету.

И когда он увидел, что его ждут возле кабинета, то понял – это конец.

Он плохо помнил, что ему предъявили постановление о производстве обыска, как задавали вопросы, не имеются ли у него запрещенные к обороту предметы или имущество, добытое преступным путем. Как он открыл дверь и оперативники, словно тараканы, разбежались по углам, вынюхивая и присматриваясь к каждой соринке и пылинке.

Зато он хорошо помнил того человека, которого придушил бы собственными руками с огромным удовольствием, – Павлова. Проклятый адвокат, его невозмутимая физиономия мелькала тот тут, то там; он вел себя естественно и бесцеремонно, словно находился у себя в кабинете, и все видели, какое унижение испытывает он, Шульга, отчего хотелось лезть на стенку и выть от безысходности.