Книга Рейдер 2, страница 104 – Павел Астахов

В городе уже вовсю кипела жизнь, характерная для мегаполиса. Дорожные пробки, мелкие ДТП, курсы валют, погода, новости, реклама… Все шло своим чередом. Вот только для Геннадия Яковлевича этот день будет несколько отличаться от всех тех, которые ему предшествовали.

В девять двадцать утра в дверь постучали, дернули ручку. Дрозд не шелохнулся. Если бы не струйка пота, проделавшая дорожку по его виску, его можно было бы принять за манекен.

В девять тридцать зазвонил служебный телефон. Дрозд продолжал сидеть. Затем затрезвонил телефон внутренней связи. Спустя пять минут они зазвонили одновременно и уже не успокаивались. В дверь опять постучали, на этот раз более настойчиво.

— Геннадий Яковлевич! Вы там? – прозвучал знакомый бас.

«Начальник отдела. Конечно, я там. Все там будем».

За окном послышался шум подъехавших машин. Медленно подволакивая непослушные ноги, Дрозд проковылял к окну и выглянул наружу. Одна полицейская «Газель», черный «Ниссан» с надписью на боку «Генеральная прокуратура Российской Федерации», рядом с ней припарковались две иномарки.

Геннадий Яковлевич до боли в челюсти сжал зубы, различив среди вышедших из машин людей Павлова. Рядом с ним был его друг, Саффиров, или как там его. Впрочем, для заместителя начальника отдела по расследованию преступлений в сфере экономической деятельности Геннадия Яковлевича Дрозда это уже было неважно.

Он неторопливо облачился в китель, поправил воротник, манжеты. Посмотрелся в зеркало. Нет, это не его лицо. На него глядело безмерно уставшее, осунувшееся, бледное существо с ранними морщинами. Такое лицо никак не могло принадлежать ему, Геннадию Дрозду…

— Да заткнитесь вы! – закричал он, обращаясь к неумолкающим телефонам.

В коридоре послышался дробный топот, потом в дверь снова постучали и громкий голос властно проговорил:

— Генеральная прокуратура. Господин Дрозд, откройте.

«Ничего у вас не выйдет».

Геннадий Яковлевич пригладил волосы и уселся в кресло. Достал из выдвижного ящика пистолет – тот самый, который забыл Коренко. А незачем разбрасывать табельное оружие.

— Ломайте дверь, – приказал тот же голос, и тут же раздался громкий удар, сопровождавшийся треском.

Дрозд снял предохранитель и передернул затвор, досылая патрон в патронник. В дверь снова ударили. Дерево жалобно застонало.

«Третий удар будет последним».

Он сунул дуло пистолета себе в рот и посмотрел в окно. Солнце, высвободившись из оков случайных туч, весело засияло, залив просторный кабинет Дрозда мягким теплым светом. В тот момент, когда дверь вылетела и в кабинет ворвались вооруженные люди, указательный палец Геннадия Яковлевича нажал на спусковой крючок.

Голд тоже с самого утра чувствовал себя не в своей тарелке. Он уже знал о том, что операция, задуманная Блинковым, лопнула, но все еще надеялся, что его сослуживец не попал в поле зрения силовых ведомств. Однако на связь Анатолий не выходил, и это было плохим признаком.

Голд вызвал секретаршу и попросил крепкого чая. Затем он включил компьютер. Пока шла загрузка параметров, он подумал о Шульге. Пора прекращать с этим прохвостом всякие отношения, от него больше вреда, чем пользы. Расслабился… Этот любитель детской «клубнички» уж слишком расслабился, нужно найти ему подходящую замену. Только прежде чем Голд отправит Шульгу на свалку, как выработавший свой ресурс двигатель, он заберет у него кое-что. То, с помощью чего он сможет легко управлять финансовыми потоками, движение и направленность которых он так долго настраивал и регулировал.