Книга Судья. Тайная сторона правосудия, страница 57 – Павел Астахов

Павлов еще раз внимательно посмотрел на своего оппонента и сухо подытожил:

— Будьте честным. Хотя бы по отношению к своей службе. У вас ведь в петлицах не только меч, но и щит. Всего хорошего. Полагаю, мы скоро увидимся.

— Конечно, – с трудом выдавил обескураженный следователь.

Его лицо покрылось пунцовыми пятнами. Ему стоило неимоверных усилий не пустить какую-нибудь колкость в сторону адвоката. Невозмутимость и олимпийское спокойствие Павлова выводили майора из себя. Он отчаянно искал его слабые места, по которым можно было ударить и пробить брешь, унизить, оскорбить, профессионально сломать.

— Не забудьте напомнить своему подзащитному, что в случае нарушения условий подписки о невыезде, он очень быстро снова окажется в камере.

Эта фраза была брошена Кривчуком уже в спину уходящего Артема, но тот даже не оглянулся.

— Чтоб тебе!.. – сквозь зубы процедил майор, провожая Павлова взглядом, преисполненным беспомощной злобы.

— Денис Владимирович, зайдите к судье, пожалуйста, – обратился к нему судебный пристав.

Кривчук тут же направился в кабинет судьи.

Судья к тому времени уже снял мантию и наливал в пузатую чашку сладкую газировку из полуторалитровой бутылки. Его коллеги разошлись по своим рабочим кабинетам.

— Что ж ты, Денис Владимирович, – проговорил он, залпом осушив чашку, – опростоволосился как студент!

Кривчук потупил взгляд.

— И меня заставил краснеть! – продолжал распаляться судья. – Честное слово, я дураком набитым себя чувствовал, когда эту запись смотрел!

— Алексей Иванович…

Судья не дал Кривчуку договорить.

— Прежде чем дело возбуждать, нужно с заявителем поработать, майор, – заявил он. – Как можно было строить обвинение на таких показаниях?! Позорище! – Он вытер вспотевшую лысину и вновь наполнил стакан пузырящейся жидкостью лимонного цвета. – Ты на меня волком-то не смотри. – Он усмехнулся и на этот раз отпил только половину чашки. – Недоволен решением?

— Гм… Видите ли, Алексей Иванович, изменение меры пресечения на куда более мягкую серьезно ослабило наши позиции, – несмело проговорил следователь.

Судья расхохотался и с громким стуком поставил чашку на стол.

— Ослабило позицию, говоришь? – Он ухмыльнулся. – Майор, ты, похоже, не до конца понимаешь всю серьезность ситуации. По сути, после того, что сегодня было на заседании, тебя нужно отстранить от дела и проводить служебную проверку. А Павлов выступил просто блестяще. Не обижайся, но обвинение на сегодняшнем процессе смотрелось просто убого. Надо же было проворонить потерпевшего! Как там его?

— Халилов, – подсказал Кривчук.

— О смерти Халилова всем нам стало известно от адвоката! – судья снова начал заводиться. – А следствие ни сном ни духом! По закону я должен был все ходатайства Павлова удовлетворить! Понимаешь, господин Кривчук? Скажи спасибо, что не в наручниках сидишь! За фальсификацию доказательств сейчас ох как строго спрашивают! За такую топорную работу, которую ты наделал, нужно иметь мужество ответить! Я просто вынужден был пойти на уступки этому Павлову, иначе он до европейского суда дойдет, всех своими жалобами достанет! Если бы я сейчас не отпустил этого Романова, то проблемы начались бы у меня, ясно? Мы с тобой давно друг друга знаем, поэтому я с тобой откровенен. Уф… – Судья шагнул к окошку, на мгновение опустил веки и сказал, не глядя на съежившегося следователя: – Иди, исправляй свои ошибки. Если ничего нового не будет, то в суд с таким делом даже не пытайся выйти. Вернут на доследование.