Книга Наследники, страница 52 – Павел Астахов

Пока расположившиеся в гостиной Бэлла Альбертовна и Суриков разговаривали, сиделка вскипятила чай и, положив в вазочку печенье с шоколадными конфетами, отнесла поднос в комнату. После этого Елена поднялась наверх, чтобы забрать чемодан.

— Лена, – позвала Марина, выкатившись из комнаты. – Зайдешь на минутку?

— Конечно, – улыбнулась сиделка. – Я и не думала уезжать, не попрощавшись с вами…

— Это тебе, – тихо сказала Протасова-младшая, когда Елена вошла в комнату женщины. В ее руке был лист бумаги с каким-то рисунком, и, приглядевшись, сиделка ахнула.

— Надеюсь, похоже, – скромно произнесла Марина.

— Ничего себе «похоже», – медленно проговорила Елена, зачарованно разглядывая собственный портрет. – Как фотография! Как это у вас получается?!

— Времени много свободного, – грустно улыбнулась Марина. – Прости за излишнюю сентиментальность, но… после ряда событий ты одна из немногих, кого я считаю родным и близким человеком.

— Я очень тронута, – промолвила Елена, продолжая рассматривать рисунок. – Нужно будет подобрать к нему рамку. – Она оторвала взор от рисунка: – Как движется дело по вашей защите? Бэлла Альбертовна сообщила, что вас взялся защищать адвокат Павлов!

— Да, они заключили соглашение, – ответила Марина, но в голосе ее не чувствовалось особого оптимизма.

— Вам надо отвлечься, – высказала мнение Елена. – Нельзя так изводить себя, это может и к неврозу привести!

Протасова-младшая с печалью посмотрела на женщину:

— Лена, я пытаюсь. Читаю книгу, а думаю о том, что мы нищие. Рисую картину, а мысли о маме – не дай бог сердце не выдержит этих испытаний! Знаешь, я где-то услышала такое выражение: «В этой жизни часто тонут не те, кто не может плавать, а те, у кого не хочет выплывать душа». Так вот, Лена, у меня сейчас такое состояние, что душа не хочет даже пытаться выбраться на поверхность… При этом ни я, ни моя мама не хотим, образно выражаясь, тонуть! – Она подавила тяжелый вздох. – Хорошо, ты рядом есть, и Сергей Михайлович нас не забывает.

Сиделка ободряюще улыбнулась:

— Будем надеяться, Павлов вам поможет!

Она взглянула на старинные часы, стоявшие на комоде, и спохватилась:

— Ой, пора бежать! Совсем заговорилась, а у меня поезд через полтора часа!

— Еще раз тебе огромное спасибо.

— Я всегда рада помочь. А вам спасибо за рисунок! Всего хорошего!

С этими словами Елена заспешила из комнаты.

* * *

— Леночка, – обратилась к ней Протасова, когда сиделка уже обувала туфли. – Прости, что не уделила тебе время… Я в последнее время как сомнамбула, ничего не соображаю.

— Все в порядке, Бэлла Альбертовна.

— Возвращаясь к нашей теме про зарплату… – сбивчиво заговорила вдова. – Видишь ли, в связи с последними событиями наше финансовое состояние сильно пошатнулось…

— Да, я все понимаю.

— …признаюсь честно, мы все к тебе привыкли, но сейчас мы вынуждены экономить на всем, где только можно, – продолжала оправдываться старушка. – Наших пенсий с Мариной хватает только на питание и оплату коммунальных услуг… Я знаю, что эти наши проблемы не должны затрагивать твои интересы, но…

— Бэлла Альбертовна, – мягко прервала ее Елена. – Пожалуйста, не волнуйтесь и перестаньте себя терзать. У меня пока есть сбережения, и я могу подождать. Я прекрасно знаю, что такое остаться без средств к существованию!