Книга Класс. История одного колумбайна, страница 78 – Павел Астахов

— У вас есть сведения, сколько человек сейчас в школе? – спросил он.

— Да, Ольга Аркадьевна помогла составить список… – торопливо произнесла директриса. – У нее есть возможность удаленного доступа к рабочему компьютеру, и она посмотрела расписание… Потом поговорили с собравшимися родителями, чтобы выяснить, кто не вернулся из школы. Это десятый «Б», но там только примерно половина класса. Шесть парней и одиннадцать девочек. Плюс учитель.

— И еще девочка Настя, – добавил Артем. – Дочка вашей учительницы. Кстати, она спокойно прошла в школу, хотя уроки для начальных классов были закончены.

Карина Романовна осеклась.

— Видимо, ее пустил Егор, – с усилием выговорила она. – Он многих ребят знал в лицо… Возможно…

— Возможно, если бы на посту охраны стоял не ваш бывший трудовик, а профессиональный охранник, жертв удалось бы избежать, – не дал ей закончить Артем. – И несчастный хромой пенсионер был бы сейчас жив.

Директриса пристыженно замолчала. У нее зазвонил мобильник, и она, промямлив извинения, отошла в сторону. Адвокату показалось, что она была несказанно рада этому звонку, который избавил ее от неприятного разговора.

«Впрочем, даже если сейчас Свободина скрутят, для вас, Карина Романовна, все только начинается. Служебная проверка, результатом чего почти стопроцентно будет уголовное дело», – про себя решил Павлов.

Он сосредоточил внимание на телефоне, открыв фотографии, которые сделал с семейного альбома Дмитрия. Увеличил изображение стрелка, испытующе глядя в его неулыбчивое лицо.

Боковым зрением Артем увидел, как к нему кто-то приблизился и поднял голову. Это была Нина Ивановна, бывшая классная Свободина.

— Приехала полиция, – сообщила она. – Я дозвонилась до мамы Дмитрия, она тоже сейчас приедет… А за Викой присмотрит соседка, я ее тоже знаю…

— Хорошо. Нина Ивановна, вы говорили, что у Свободина были конфликты с ребятами.

На лице учительницы отразилось непонимание.

— Свободин?

— Именно. Будем называть парня его действующей фамилией, – терпеливо пояснил Павлов. – Он больше не Шлангин.

— Ну… – задумалась женщина. – Я не знаю подробностей, хотя, признаюсь, несколько раз до меня доходила информация, что над Димой иногда шутили.

— Шутили? – переспросил Артем. – Нина Ивановна, времени в обрез. Пожалуйста, покажите мне этих шутников.

С этими словами он перелистнул файл, открыв школьное фото, на котором были изображены выпускники 2018 года.

— Вполне может быть, что Свободин пришел в школу с ружьем только ради того, чтобы отомстить им, – продолжал он. – Скажите, кто именно задевал парня. Хочу вам напомнить, что те же самые вопросы вам скоро будут задавать следователи. Но это будет потом. А сейчас нам нужно сделать все, чтобы он отпустил заложников.

Учительница подошла ближе, вглядываясь в экран.

— Разрешите? – спросила она, и Артем передал ей телефон.

— Вот, – наконец произнесла она и увеличила пальцами изображение. – Это Арсен Лаликян. Он дружил с Черкашиным и Ковальчуком. Эта троица была неразлучна. Вот Черкашин Олег, а это Ковальчук Виталий.

Павлов забрал телефон, принявшись рассматривать фото. Такие разные лица и характеры, но было что-то неуловимое, бросающееся в глаза, что объединяло всю троицу.

— Знаете, я вот что еще вспомнила, – вдруг сказала Нина Ивановна. – Мама Дмитрия как-то обмолвилась, что парню нравилась девочка в классе. И уже потом стало известно, что речь шла об Ане Тополевой. Но я ни разу не замечала, чтобы они хоть раз были вместе…