Книга Класс. История одного колумбайна, страница 57 – Павел Астахов

— Карина Романовна рассказала, что произошло, – произнес Котляр. – Должен выразить вам признательность за ваш поступок. Вы не растерялись, не поддались панике. Не каждый в такой ситуации смог бы сориентироваться и принять верное решение.

— Благодарю. Но, как мне видится, любой физически развитый мужчина мог бы сделать то же самое.

— Вы видели нападавшего?

— Только пару секунд. Высокий молодой человек лет двадцати – двадцати трех. На нем охотничий жилет-разгрузка и темная кепка. Лицо было чем-то испачкано, возможно, это кровь. Он вооружен помповым ружьем вроде «Моссберга», стреляет уверенно. В качестве зажигательной смеси были использованы простые бутылки с горючей смесью, наподобие «коктейля Молотова». И еще…

Котляр с возрастающим любопытством смотрел на Артема.

— В вестибюле школы я обнаружил тяжело раненного мужчину. Похоже, это учитель. Он передал, что убийца – некий Шлангин, который когда-то учился здесь.

— Шлангин? – переспросил полковник и вопросительно взглянул на директрису. – Вы его знаете?

Карина Романовна неопределенно повела плечом, продолжая комкать платок.

— Что-то не припомню, – призналась она после некоторой паузы. – Поймите, я в школе с 1998 года, через меня столько выпусков прошло…

— Это все понятно, – сухо перебил ее Котляр. – Нужны списки учеников, с которыми учился тип с этой фамилией.

Карина Романовна растерянно моргнула.

— Конечно, я все понимаю, но… вся информация в школе, – робко ответила она.

— Перед тем, как потерять сознание, раненый добавил, что теперь этот парень свободен, – сказал Павлов. – Вероятно, в этом есть какой-то смысл.

— Спасибо за информацию, – поблагодарил Петр Геннадьевич. – Она нам очень пригодится.

Неожиданно перед полковником появилась завуч.

— Вы простите, что я вмешиваюсь, – нерешительно заговорила Ольга Аркадьевна. – Кажется, я помню этого парня. Он учился в нашей школе года три или четыре назад, я в его классе несколько раз немецкий вела. Вроде бы он даже на выпускной вечер не попал из-за какой-то травмы… То ли ногу сломал, то ли руку. У нас даже педсовет был по этому поводу.

— Кто еще в школе? – задал вопрос Котляр.

Завуч на мгновенье замялась, потом сказала:

— В десятом «Б» должен быть урок по социологии. Скорее всего, весь класс с учителем все еще в здании.

Внезапно ожила рация в верхнем кармане кителя росгвардейца. Сквозь тихое потрескивание был слышен чей-то голос, и полковник, нажав на кнопку приема, что-то невнятно буркнул в ответ, а затем добавил:

— Пробей по всем базам: Шлангин. Год рождения примерно двухтысячный. Учился в 125-й школе…

Рация утихла.

— Петр Геннадьевич, есть сведения, что в школе еще может находиться малолетний ребенок, – подал голос Павлов. – Ее зовут Настя, это дочка одной из учительниц.

— Дочка? Нашей сотрудницы? – изумилась директриса, и Артем кивнул.

— Учительница была с нами в зале, – пояснил он. – Вера Анатольевна.

— Боже, этого еще не хватало, – простонала Карина Романовна.

— Целесообразно просмотреть записи камер, – предложил Павлов. – Тогда можно будет идентифицировать стрелка. А заодно узнать, кто еще остался в школе.

Котляр молча кивнул, но от внимания Артема не ускользнула легкая тень раздражения, которая пронеслась по лицу офицера.

«Конечно, неприятно слышать советы от гражданских лиц», – догадался Павлов.