Книга Класс. История одного колумбайна, страница 28 – Павел Астахов

Мысли пенсионера переключились на предстоящее празднование дня рождения – через неделю ему должно было стукнуть шестьдесят восемь! На семейном совете было решено, что торжественное событие лучше всего отметить на природе, и их дача была самым идеальным местом для этого мероприятия.

Пожилому охраннику школы, бывшему учителю труда и в голову не могло прийти, что до своего дня рождения он просто не доживет. И автограф от Павлова ему тоже не удастся получить.

Но в этот момент он ни о чем таком даже не догадывался и лишь нетерпеливо поглядывал на часы.

Кроме выпускников с родителями и учительского персонала, собравшихся в актовом зале, в школе находились также десятиклассники, у которых в настоящее время шел факультативный урок. Так что как минимум еще минут сорок или час придется подождать – директриса обещала отпустить его сегодня пораньше…

Егор Андреевич решил позвонить супруге, чтобы уточнить список покупок ко дню рождения, и уже достал мобильный телефон, когда неожиданно резко распахнулась входная дверь.

Егор Андреевич поднял голову, вопросительно глядя на посетителя. И тут же почувствовал, как по коже пробежала ледяная дрожь.

Перед ним стоял высокий парень в черной кепке и жилете-«разгрузке» маскировочного окраса. Через плечо странного посетителя была перекинута лямка спортивной сумки. Но все внимание побледневшего охранника сфокусировалось на предмете, который вошедший крепко сжимал в руках. Это был массивный помповый дробовик – точь-в-точь такой же, как в американских боевиках.

«Кто это?.. – застучало в голове Егора Андреевича. – Зачем он здесь?!!» Ему показалось, что чья-то костлявая рука вцепилась ему в шею.

Дмитрий шагнул вперед, выставив перед собой ружье. С козырька вымокшей кепки капала вода. Он посмотрел в сторону поста охраны, ощерившись в злобном оскале.

Бывший трудовик медленно поднялся с места. Несмотря на охвативший его страх, он, кажется, узнал молодого человека. Похоже, он учился здесь года два или три назад…

— Парень, не дури, – произнес Егор Андреевич, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал решительно. – Ты что задумал?!

— Я тебя не «тыкал», – отчеканил Дмитрий, нажимая на спусковой крючок.

На мгновенье чудовищный грохот выстрела ошеломил его самого, казалось, рядом разорвалась бомба или снаряд. Приклад «Маверика» отдачей ударил в плечо, из матово-черного ствола выплыло легкое прозрачное облачко дыма. Послышался глухой стук падающего тела – охранника отшвырнуло назад на метр, словно тряпичную куклу.

Дмитрий сглотнул, прогоняя противное чувство заложенности в ушах, которое часто возникает в самолете. Он перезарядил ружье, глядя на раненого мужчину со смешанным чувством злорадства и любопытства. Его прищуренные глаза полыхали яростным огнем – он тоже узнал бывшего трудовика. Егор Андреевич корчился на полу, зажимая трясущимися руками зияющую рану на животе, из которой толчками выплескивалась кровь.

— Не надо, – прохрипел он. – Ос… остановись.

«Дети, – безостановочно крутилось в его мозгу, ошалевшем от пронзительной боли и страха. – В школе еще остались дети…»

— Книжки добрые любить… И воспитанными быть, – сплюнул Дмитрий, безжалостно всаживая в умирающего охранника очередную пулю. Свинцовый заряд угодил ему в голову, раскроив череп. – Учат в школе, учат в школе, учат в школе.