Книга Чужая земля, страница 38 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Мне все услышанное казалось какой-то средневековой дикостью, но свое мнение я благоразумно удержала при себе. Я уже решила, что помогу этой молодой женщине и ее ребенку. Выглядела она вполне прилично. И то, что три года ухаживала за старенькой женщиной, причем делала это искренне и с душой, тоже говорило в ее пользу.

Мне пришло в голову, что Джаныл, вполне возможно, могла бы пригодиться мне в качестве няни для Мишки. Но для того, чтобы принять столь судьбоносное решение, к девушке нужно было для начала присмотреться. Так что пусть пока поживет по соседству, поработает в магазине, а там видно будет. Если, и правда, поможет с ремонтом, так и вообще отлично.

Вернувшись с прогулки и покормив Мишку, я дождалась, пока он уснет, и позвонила Виталию, чтобы сообщить, что согласна купить соседнюю квартиру. Он, как и следовало ожидать, обрадовался.

— Я сейчас же позвоню своему риелтору, чтобы тот показал тебе квартиру. Подключу юристов, чтобы побыстрее выселить оттуда прописанную мигрантку. А когда все юридические тонкости будут позади, я найму дизайнера и забацаю вам с Мишкой такой ремонт, что закачаешься.

— Стоп, Виталий, – решительно сказала я. – В том-то и дело, что ничего этого не надо.

— Чего не надо? – не понял Миронов.

— Адвоката, выселения, дизайнера. Я познакомилась с той девушкой, что прописана в этой квартире. Ее зовут Джаныл, а ее сына Афтан. Они из Киргизии. Им совершенно некуда идти, поэтому пусть они пока остаются и живут, сколько им нужно. Я помогу Джаныл оформить гражданство и найти работу, и только после этого они съедут.

Кажется, отец моего ребенка лишился дара речи. По крайней мере, какое-то время он молчал, видимо, пытаясь постичь смысл сказанного мной.

— Да, Лена, ты все-таки удивительный человек, – наконец «отмер» голос в трубке. – Каждый раз я даю себе слово, что больше тебе не удастся меня шокировать и поставить в тупик, но ты каждый раз берешь новые высоты.

— Высоты чего? – на всякий случай уточнила я.

— Щедрости. Легкомысленности. Алогичности.

— Звучит как сомнительный комплимент, ты уж извини.

— Лена, ты в очередной раз думаешь не о себе, хотя к этому я уже привык. Но сейчас ты думаешь даже не о Мишке. У тебя есть возможность обустроить ему новую квартиру, но какие-то «Джавдеты» тебе почему-то ближе. Их судьба тебя волнует больше, чем своя собственная.

— Виталий, не нагнетай, – попросила я. – Во-первых, Джаныл и Афтан – никакие не «Джавдеты», как ты изволил выразиться. Это был злодей и закадровый персонаж из «Белого солнца пустыни», закопавший другого персонажа по имени Саид в песок по горло. А Джаныл – молодая женщина с тяжелой судьбой, которая под ее ударами не сдалась, а продолжает бороться. От нее семья отвернулась, но она не бросила своего ребенка, трудится, причем на тяжелой работе, с двадцати лет. Живет одна в чужой стране. А мальчик у нее чудесный. И учится хорошо.

— И когда ты успела это узнать? И, позволь спросить, откуда?

— Сегодня утром. От самой Джаныл.

— Лена, я тебя не узнаю. Мне всегда казалось, что судья Кузнецова, принимая решение, получает информацию, заслушав все стороны. И это решение всегда взвешенное и справедливое. Ты же собираешься отдать купленную квартиру посторонним людям, опираясь на слова одного-единственного, кровно заинтересованного в этом решении человека, которого ты видишь впервые в жизни. Сильно, ничего не скажешь.