Книга Райский плод, страница 43 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Таганцев посмотрел на старшую сестру своей жены и по совместительству на свою давнюю подругу с еще бо́льшим недоверием.

— С чего ты это взяла? – осторожно спросил он, зная, что Елена Кузнецова никогда не швыряется необоснованными подозрениями. – Этого же просто не может быть. На свете нет более осторожного и при этом порядочного человека, чем твой шеф.

— Мне врач сам сказал, что над этим проектом работают юристы, психологи и судьи. И он знаком с Плевакиной. Это же она устроила меня в эту клинику.

— Как называется? – деловито уточнил Таганцев.

— «Райский плод». В трех кварталах отсюда.

— Кто директор?

— Главный врач Козловский Илья Семенович. Но суррогатным материнством и всем прочим там занимается только одно отделение во главе с доктором Эппельбаумом Маратом Казимировичем. Коллектив зовет его Яблочкиным и не очень жалует, хотя первоначально он умеет произвести весьма благоприятное впечатление.

Таганцев немного подумал.

— Я всегда считал, что суррогатное материнство – это когда женщине подсаживают чужого эмбриона. Ты судебную практику поднимала?

Зная Лену, он даже не сомневался, что да.

— Конечно. Дел не так уж и много. В ноябре прошлого года Никулинский суд Москвы вынес обвинительные приговоры фигурантам дела о торговле детьми. Тогда малыши, рожденные в одной из частных клиник, отправлялись родителям в другие страны, в основном в Китай.

Таганцев внимательно слушал историю, которая началась с того, что в один из подмосковных поселков срочно вызвали «скорую помощь», потому что месячный младенец перестал дышать. Звонившая женщина представилась его няней. На место экстренно прибыли две бригады врачей, однако реанимационные мероприятия к благоприятному результату не привели.

В квартире медики обнаружили еще двух малышей, которым было не больше двух месяцев, и девочку, которая родилась буквально несколько дней назад. Няня не смогла объяснить, чьи это дети, а потому работники «скорой» вызвали полицию.

Дети оказались совершенно здоровы, и на время поисков их биологических родителей малышей отправили в детский дом. По данному факту возбудили уголовное дело по статьям «Причинение смерти по неосторожности» и «Торговля людьми», но обвинение никому не предъявили, и оно сошло на тормозах. Однако спустя полгода история повторилась.

Медсестра, пришедшая по вызову в одну из московских квартир, обнаружила внутри пять малышей: от одного до трех месяцев от роду. За ними присматривала няня-китаянка. Полиция обнаружила, что малыши содержались в неподходящих условиях: у них даже детских кроваток не было.

В документах родителями малышей значились некие китайские граждане, поскольку выносившие их матери отказались от детей в роддоме, как того требовал договор по суррогатному материнству. Все они появились на свет в одной и той же частной клинике, передать заграничным родителям их еще не успели.

Представитель клиники утверждал, что вся процедура провелась с полным соблюдением законности. Предметом соглашения между сторонами значилась пересадка биологического материала суррогатной матери, ведение беременности и рождение ребенка. С момента появления малыша на свет договоры считались выполненными.

И вновь было возбуждено уголовное дело по статье «Торговля людьми», в рамках которого задержали четырех врачей и юриста клиники. Чуть позднее к задержанным присоединился и ее руководитель, обвиняемый в приготовлении к торговле людьми организованной группой. Оба уголовных дела объединили в одно.