Книга Квартира в раю, страница 91 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Доброй ночи, – сказала я, когда мой помощник взял трубку. – Дима, простите меня, я знаю, что вы теперь рано ложитесь, но завтра мне будет нужна ваша помощь.

— Да, Елена Сергеевна.

— Вы же были сегодня у меня дома, так что легко поймете, о чем речь. Кстати, зря вы мне сразу все не рассказали.

— Мне не хотелось портить чужой сюрприз.

— Сюрприз оказался неприятным. Дима, я бы очень хотела попросить Жениных родителей, чтобы они кого-нибудь сюда завтра прислали и вывезли все это великолепие. Цветы свежие, так что они вполне могут им пригодиться. Взамен на оказанную услугу. Ключи от квартиры я завтра с утра вам отдам. Вы же понимаете, что иначе она непригодна для проживания.

Дима быстро переговорил с Женей и вернулся ко мне.

— Да, Елена Сергеевна. Женька сказала, что завтра же все организует.

— Вот и хорошо, спасибо вам, – сказала я, попрощалась и набрала номер Натки, чтобы сказать, что я сейчас вернусь к ним ночевать.

* * *

Александра Кузнецова злилась на обстоятельства. Все в ее налаженной жизни шло наперекосяк. Во-первых, впервые за очень долгое время, если не за всю жизнь, она серьезно поссорилась с мамой. Та вдруг объявила, что намерена отказаться от подаренной ей квартиры и вернуться обратно в съемную, которую Саша уже обустроила под себя.

И дело было не в том, что она не хотела жить с мамой. Просто решение уехать и оставить взрослую дочь устраивать личную жизнь приняла мать самостоятельно. Никто ее из дома не гнал, как говорится. Но, дав Саше попробовать взрослой жизни, ее у нее тут же отобрали обратно. И месяца не прошло. И вот эта переменчивость заставляла Сашу чувствовать себя не взрослым человеком, а ребенком, который вынужден делать все, что говорят взрослые, поступаясь своими интересами.

На такой поворот событий Саша была не согласна. Ее бесило, что мама даже не посоветовалась с нею, не спросила, как дочь отнесется к ее неожиданному возвращению, а просто поставила перед фактом. Сначала словом, а потом и делом, просто перевезя обратно свои коробки и тюки с одеждой.

Новую квартиру она действительно решительно переписала на Виталия Миронова, отправив ему по почте договор дарения, составленный каким-то ушлым нотариусом в одностороннем порядке, а потом, забрав вещи, так же, по почте, отправила и оставшиеся комплекты ключей.

Собственно разлад матери с Мироновым Сашу бесил тоже. Ей казалось, что к сорока годам можно уже определиться, чего же ты хочешь от жизни. Принципы, конечно, хорошо, но ими одними, как говорится, сыт не будешь. Судья Кузнецова, разумеется, не голодала, но и жить одной, тянуть лямку и за женщину, и за мужчину тоже нельзя до бесконечности.

Саша прекрасно видела, что матери тяжело одной. Несмотря на всю свою самостоятельность, она относилась к категории женщин, которым для счастья нужен «милый рядом». Но из-за непереносимого характера ни один мужчина рядом с мамочкой долго не уживался, а ведь часики-то тикают, уже скоро наступит возраст, когда завести новый роман станет затруднительно. И эта материнская неустроенность вкупе с непонятливостью вызывали сильное раздражение.

Материнское возвращение домой требовало что-то решать с Фомой. Горохов только-только закончил перевозить в Сашину квартиру свои вещи, и теперь приходилось срочно освобождать спальню, которую они вдвоем заняли. Конечно, переехав, мать свалила коробки и тут же свинтила к Натке в деревню. У нее как раз начался отпуск, а напряженная обстановка дома отдыху никак не способствовала, вот она и уехала в пустующий деревенский дом, в который сама Натка наведывалась только на выходные.