Книга Квартира в раю, страница 90 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Поможем, – теперь пришла моя очередь вздыхать. – Я теперь к этому дому никакого отношения не имею, так что конфликта интересов тут не будет. Правда, в Таганский суд вы иск подать не сможете. Дом в совсем другом округе находится. В юрисдикцию моего суда не попадает.

— А вот и нет, – оживился Таганцев. – Я пока все материалы дела изучал и рисовал схему, по которой эта троица деньги отмывает, обнаружил потрясающее обстоятельство. ТСЖ «Мой РАЙ-ОН» имеет фактический адрес в этом доме. На первом этаже, там, где и правление. Однако это помещение они арендуют у фирмы «Строй-Девелопмент», так же как и все остальные арендаторы. Они даже сами себе площади продавать не стали, а сдали в аренду. А юридический адрес, по которому зарегистрировано товарищество собственников жилья, относится к квартире, которая принадлежит старшему Клюшкину, Аркадию. И находится она в Таганском районе столицы.

— А иск можно подать как по месту нахождения, так и по месту регистрации ответчика, – резюмировала я для непонимающей Натки. – Так гласит статья 28 ГПК. А это значит, что жильцы дома, объединившись, могут написать заявление в Таганский районный суд, а я попрошу Плевакина, чтобы он расписал это дело мне. Как только из отпуска выйду. Главное, чтобы среди истцов не было вас с Костей, потому что вы – мои родственники.

— Нас и не будет, тем более что мы перестанем быть собственниками как можно скорее, – заключил Костя. – А все ведь неплохо складывается. Мы этим Клюшкиным и Занозину вместе с ними еще покажем.

Придя к столь позитивному выводу и удовлетворив чувство голода, я попрощалась с родными и пошла к себе. Поднявшись в свою квартиру и отперев дверь, я сразу почувствовала странный аромат, которому неоткуда было взяться. В квартире стоял дурманящий густой запах роз. Я заперла дверь, бросила сумку и ключи на тумбочку, сняла туфли и босиком прошла в спальню.

Она утопала в розах. Впрочем, розы были и в кабинете, и на кухне. Расставленные в высоких прозрачных вазах, они занимали все столы, подоконники, а также любые другие горизонтальные поверхности. Вазы стояли даже на полу. Здесь было не меньше тысячи роз всех цветов и оттенков. От их запаха кружилась голова.

У потолка висел одинокий воздушный шарик, к которому была прикреплена записка. «Прости меня», – было написано на ней. Я без сил опустилась прямо на пол. Так вот чем был вызван смущенный вид моего помощника. Интересно, приехав днем за документами, он уже увидел эту картину или застал тут Миронова? Я ведь совсем забыла, что у него есть свой ключ от моей квартиры.

От густого вязкого аромата тошнота, улегшаяся было после вкусного Наткиного ужина, снова начала подступать к горлу. Я вдруг испытала чувство раздражения. В этом был весь Виталий. Совершая красивый жест, он даже не подумал о том, что в полной цветов квартире будет невозможно спать и мне, вернувшись с работы уставшей после трудного дня, придется либо в ночи решать вопрос с вывозом цветочного мусора, либо искать себе ночлег. Или Миронов как раз рассчитывал на то, что я, восхитившись широтой его души (а на цветы он потратил тысяч сто пятьдесят, не меньше), тут же отправлюсь прямиком в его объятия, где и проведу волшебную ночь?

Нет уж, идти у него на поводу я не собиралась. И прощать Миронова тоже. Все эти широкие жесты больше не вызывали у меня ничего, кроме тошноты. Немного подумав, я набрала номер Димы. Я знала, что родители его девушки Жени держат небольшой цветочный магазин, а это значило, что они смогут мне помочь.