Книга Пленница, страница 108 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Встать, суд идет, — торопливо объявила отчего-то замешкавшаяся Сильвия.

Судья Магути прошла к своему месту, уселась за стол и стукнула по нему деревянным молотком.

— Слушается дело по государственному преступлению, совершенному против государства Республика Манзания группой иностранных лиц по предварительному сговору. Произносимый ею текст ничуть не отличался от того, что они слышали в прошлый раз. — Судебное заседание объявляется открытым. Обвиняемые граждане Российской Федерации Наталья Кузнецова, Геннадий и Вера Молевы и Дмитрий и Надежда Волковы находятся в зале суда. Суд проходит под председательством высокого революционного судьи госпожи Нандо-Ландо Магути. В зале также присутствует помощник судьи и лицензированный переводчик Сильвия Орчанга, адвокат подсудимых Елена Кузнецова и представитель Российской Федерации консул Сергей Караванов. Согласны ли вы, чтобы процесс велся мной на русском языке, или вам требуется официальный перевод от госпожи Орчанга?

— Согласны, ваша честь, — послушно, как подобает хорошей девочке, сказала Лена. — Мы согласны на ведение судебного процесса вами без переводчика.

Надо же, ее сестра меняла свои хотелки прямо на глазах. Позавчера ей вынь да положь требовался переводчик с лицензией, а сегодня он уже не нужен. Отчего-то Натке стало жалко Сильвию, которую заставили эту лицензию оформить. Впрочем, судью Ленины выкрутасы ничуть не смутили, она просто кивнула головой и продолжила говорить.

— Подсудимые, встаньте. Напоминаю, что вы имеете право знать, в чем обвиняетесь, возражать против обвинения, давать показания по предъявленным вам обвинениям либо отказаться от дачи показаний в отношении себя и своих родственников, круг которых определен законом Республики Манзания. При согласии дать показания вам разъясняется, что они могут быть использованы в качестве доказательств по вашему делу. Вам понятны ваши права? Прошу встать и громко подтвердить это, сказав: «Да, ваша честь».

Словно дрессированные пони в цирке, они все по очереди громко сказали: «Да, ваша честь». Следом пришлось подтвердить, что они ознакомлены с материалами дела и хорошо понимают, в чем именно обвиняются. Далее судья Магути зачитала письменное заявление, предоставленное стороной обвинения, в котором подробно расписывались все их «преступления». Особенно смаковала она подробности Наткиного аморального поведения, выведя на висящий за ее спиной экран крупное изображение ее фотографий из телефона.

Натка отстраненно думала, что все-таки выглядит в купальнике хорошо. Ей-богу, не стыдно на пляже снимать парео и подставлять свое тело под любопытные чужие глаза. Повезло Таганцеву с женой, ей-богу. Вот только пляж и Таганцева с таким подходом она увидит не скоро.

Охранники в зале с нескрываемым вожделением смотрели на фотографии, переводя затем взгляд на немытую Натку. Что ж, оригинал сейчас сильно проигрывает фотографии, и тем не менее Натке было не по себе. Взгляды похожих на орангутангов мужчин были сальными и такими скабрезными, что Натка невольно начала опасаться, что в качестве меры наказания ее не только осудят, но еще и изнасилуют.

Хуже всего было то, что в глазах российского консула плескалась насмешка. Наталья Кузнецова терпеть не могла, когда над ней насмехаются мужчины. Тоже мне, зачем, спрашивается, приперся, не смеяться же над попавшей в беду соотечественницей. Геннадий Молев смотрел на экран, приоткрыв рот, и Вера шлепнула его по руке, неодобрительно покачав головой в адрес Натки. Интересно, и что они все находят неприличного в достаточно целомудренном домашнем селфи молодой красивой женщины, сделанном исключительно для внутреннего применения?