Книга Ни любви, ни денег, страница 64 – Соня Дивицкая

Тигрица знала, ее любила мама, ее любила бабушка, они всегда могли прикрыть ее, поэтому она работала с легкостью, танцевала играючи, в силу своего характера, и пользовалась успехом у тех мужчин, которые готовы были с ней немножечко понянькаться. В клубе мужская щедрость объяснялась просто – «стрипуха зацепила чувака».

Глядя на подобные расклады, Алена с сожаленьем убеждалась – тот, кто знает любовь с детства, находит ее даже в притоне, но детей нелюбимых не любит никто.

Нелюбимым ребенком была Снежана, наполовину казашка, наполовину русская. Она приехала из Казахстана, почти ни с кем не подружилась, всегда была молчаливой и в тот вечер, когда провожали Тигрицу, сидела тихо в уголке и пилкой шлифовала маникюр. Вдруг она вскочила, резко и неожиданно, как часто в этой гримерке случалось, и говорит:

— Меня все задолбало! Я тоже ухожу! Только не как Тигрица… Я не хочу обслуживать какого-то жлоба, я открываю бизнес!

Алена улыбнулась. Открываю бизнес… Это звучало смешно, грустно и уже не первый раз. Как многие стриптизерши, попавшие в индустрию с малолетства, Снежана ничего не умела. Как, чему и где она могла бы научиться, если ее образ жизни давно уже был ночным? Она просыпалась не раньше двух часов дня, а в восемь вечера вызывала такси до клуба. В этот короткий дневной интервал ей хватало времени разве что на лайки и комменты в сети, на обед, на прическу и ванну… Алена частенько ругала своих подопечных.

— Какого черта вы дрыхнете весь день? Я покаталась на лошадке! Поплавала в бассейне! Огурцов закрыла семь банок! А вы пришли с опухшей мордой! Еще и на работу мне опаздывают!

Девушки опаздывали, но за работу в клубе держались, в бизнес почти никто из них не уходил. Все были убеждены: бизнес – это что-то сложное, для того, чтобы открыть бизнес, нужно очень много денег, без крыши это сделать невозможно, и вообще, бизнес получается только у тех, кто пользуется богатыми любовниками. Они простительны, и стриптизершам, и всем другим овечкам эти суеверия простительны. Девочки ничего кроме шеста не знали, и глупо было бы их упрекать в незнании английской грамматики.

Как только Снежана сказала про бизнес, весь курятник начал смеяться:

— Бизнес! Снежана захотела бизнес! На какие интересно ши-ши?

И тут она вытащила из сумочки денежки, их было немного, шесть пачек по сотне рублей каждая, но Снежана их вытряхнула с таким торжествующим видом, что все притихли.

— По чем у нас сейчас доллар? – спросила Тигрица, в деньгах на разбиралась лучше всех в клубе.

— На фига тебе доллар, считай в евро, – подсказала умудренная жизнью Фуксия.

Курс евро в том году был приблизительно рублей пятьдесят, то есть получается, что на сегодняшние деньги у Снежаны было десять тысяч евриков. Эти деньги она получила минувшей ночью от гостя клуба по прозвищу Рюкзак. Рюкзаком его прозвали за то, что он действительно всегда носил с собой достаточно вместительный рюкзак, набитый деньгами. Этот мужик был хозяином продуктовой оптовки, он не хотел платить налоги, то есть по старинке предпочитал наличный расчет, и после того, как его офис пару раз хорошо грабанули, он стал носить с собой всю кассу. Никто не мог подумать, что человек таскает деньги в рюкзаке, поэтому свою наличку он спокойно оставлял в гардеробе, под надзором Алены и противной старушенции-уборщицы. Под утро Рюкзак оплачивал пачками свои счета, с чаевыми не мелочился, на что уже давно никто не обращал внимания.