Книга Улика № 13, страница 48 – Анна Князева

— У меня есть другая информация.

— Врут! Все врут! Завистники, подлецы, негодяи.

— У вас есть время подумать, – напомнила Анна.

— Ну хорошо… – Лаврентьев на глазах обмяк и как будто еще сильнее постарел. – Я пытался ухаживать за Тамилой Васильевной.

— Каким был результат?

— Она не обратила на меня внимания.

— Значит, между вами ничего не было?

— Боже упаси! – вскинул руки Лаврентьев.

Стерхова заглянула в записи.

— Еще один вопрос. Когда вы стояли за кулисами, перед гибелью Тепляковой, кого видели с другой стороны сцены?

— Помрежа, машиниста и рабочего сцены. Это отражено в моих показаниях тридцатилетней давности.

— Где вы были перед тем, как прийти за кулисы и встать возле задника? – спросила Стерхова.

— В гримуборной. – Лаврентьев прищурился и ядовито заметил: – Вам, вероятно, известно, что артистам время от времени нужно переодеваться и поправлять грим.

— Зачем вы отправились за кулисы в конце первого акта? – обрушилась на него Стерхова. – Ваш выход был во втором. До него оставалось более двадцати минут.

— Вы не смеете…

— Отвечайте!

— Это касается лишь меня и моей личной жизни.

— Именно она является предметом нашего разговора.

Лаврентьев вынул из кармана платок, вытер лоб и шумно выдохнул.

— Ну хорошо… В то время я был увлечет молодой старлеткой, поэтому использовал любой повод…

— Для чего?

— Чтобы обнять… поцеловать… – Николай Петрович решился на откровенье, но при этом покраснел. – В конце концов, зажать ее в темном углу!

Стерхова холодно осведомилась:

— О ком идет речь?

— Об актриса Анне Тубеншляк, она в том спектакле играла Золушку.

— Следовательно, за кулисами вы ждали ее?

— Она сидела в карете на сцене, и ее должны были затянуть за кулисы.

— Тубеншляк может подтвердить этот факт?

— Да что же вы в самом деле! Прошло больше тридцати лет! – Лаврентьев истерично задергался и снова резко обмяк. – Впрочем, спросите у нее сами, если хотите.

— Знаете, где она сейчас?

— У нее не сложилась карьера в северной столице, и она уехала в провинцию. Кажется, служит в драмтеатре Ростова-на-Дону.

— Есть ее телефон?

— Откуда он у меня?! Мы с ней не виделись тысячу лет.

Стерхова развернула протокол и положила на стол ручку:

— Подписывайте. На этом мы с вами закончили, Николай Петрович.

После ухода Лаврентьева Стерхова задумалась о том, что дело, над которым она работает, требует тщательной проверки всех возможных связей и контактов.

Решив не откладывать, она подняла трубку внутренней связи:

— Екатерина Максимовна, зайдите ко мне, пожалуйста.

Через несколько минут дверь кабинета отварилась и на пороге появилась Зварцева.

— Вызывали, Анна Сергеевна? – спросила она, подходя к столу.

Анна кивнула и спрятала в папку протокол допроса Лаврентьева.

— Мне нужна ваша помощь. Пожалуйста, разыщите номер телефона актрисы Анны Тубеншляк. Она работает в театре Ростова-на-Дону. Фамилия редкая, поиски не составят большого труда. Постарайтесь сделать как можно быстрее.

— Займусь этим немедленно, – ответила Зварцева и вышла из кабинета.

За полчаса до обеда Стерхова вспомнила, что не пересмотрела фотографии, которые передала ей директриса театра. Прежде чем начать их рассматривать, она достала из конверта скрепленные негативы и отнесла их в криминалистический отдел с тем, чтобы их распечатали.