Книга Белый асфальт, страница 64 – Анна Князева

Обступив карту, Стерхова и ее коллеги внимательно изучали тонкие линии улиц и номера домов.

Анна постучала указательным пальцем по карте:

— Вот общежитие, откуда вышла Зорина. Мы знаем, что встреча была назначена на семь. Значит, место, где она собиралась встретиться с неизвестным находится где-то недалеко, в пределах нескольких минут ходьбы.

— Если учесть, что Зорина явно торопилась, то речь идет о небольшом радиусе, – заметил Добродеев.

Анна взяла карандаш и очертила полукруг.

— Максимум десять минут, даже с учетом спешки.

— В этой области нет ни одного общественного здания, – заметил Ромашов, склоняясь над картой. – Но есть несколько частных домов.

Анна подняла глаза на Астафьева и распорядилась:

— Иван, займитесь домовыми книгами. Нужны фамилии всех, кто проживал в этих домах на момент исчезновения Зориной.

— Сделаю, Анна Сергеевна, – Он достал телефон и сфотографировал часть карты, которая входила в очерченный полукруг.

В дверь негромко постучали, и в кабинет вошел подполковник Гедройц. Борис Янович выглядел усталым и недовольным. Он кивнул всем присутствующим и обратился к Стерховой:

— Анна Сергеевна, нужно поговорить наедине.

Стерхова сделала знак коллегам. Астафьев, Добродеев и Ромашов тут же вышли из кабинета.

Прикрыв за ними дверь, Гедройц уселся напротив Стерховой. Несколько секунд он молчал, подбирая слова.

— Анна Сергеевна, позвольте мне поговорить с вами по душам, – начал он осторожно. – Мне пятьдесят восемь, а я все еще подполковник. Как думаете, почему?

— Об этом я не задумывалась, – ответила Стерхова, ожидая продолжения разговора.

— Дело безголовых. – Вздохнул Гедройц. – Оно разрушило много судеб, в том числе и мою карьеру.

— Чего вы хотите от меня, Борис Янович? – холодно спросила Анна, не сводя с него глаз.

Он помолчал, собираясь с духом:

— Хочу, чтобы вы нашли убедительные причины закончить это расследование. Просто закончить, понимаете? Это дело… оно проклятое. Головы назад уже не пришьешь, а мы погрязнем в еще больших неприятностях. Поверьте, у вас не существует другого выхода. Свидетелей в деле нет и не может быть. Улик не существует, вещественные доказательства отработаны – результатов нет.

Стерхова внимательно смотрела на него, и ее лицо оставалось непроницаемым:

— Кто вас попросил поговорить со мной?

Гедройц усмехнулся и грустно покачал головой:

— Неважно, Анна Сергеевна. Просто поверьте моему жизненному опыту – это дело лучше не трогать. От него воняет бедой.

— Боюсь, что это всего лишь повод, чтобы отстранить меня от расследования и передать дело в другие руки, – тихо сказала Стерхова. – Но следствие начато, и есть результаты. Я доведу это дело до конца и найду виновных.

Гедройц уныло кивнул, словно ожидал такого ответа. Но все же добавил:

— Одумайтесь. Ради вашего блага.

Он поднялся и, тяжело ступая. вышел из кабинета, оставив Анну наедине со своими мыслями. Чувствуя недовольство, она вышла в коридор, где ожидали сотрудники.

— Все в порядке, Анна Сергеевна? – спросил Добродеев.

— Вполне, – сдержанно ответила она, не собираясь обсуждать подробности разговора. – Продолжаем работу.

Вернувшись в кабинет, Стерхова снова склонилась над картой Северска.

— Иван, домами займитесь немедленно, – распорядилась она и посмотрела на Добродеева. – Вадим, опросите жителей поселка, имевших отношение к училищу. Лучше, если это будет кто-то из бывших учителей.