Книга Белый асфальт, страница 34 – Анна Князева

Анна откинулась на спинку стула. Ей приходилось слышать подобное раньше: исчезновения людей, сплетни, слухи о милицейских недоработках. Но эта история… В ней было что-то иное. Что-то, что не укладывалось в привычные схемы.

Поленья в печи трещали. Лопаясь, смола наполняла воздух терпким запахом хвои. Огонь облизывал поленья, звук менялся: от шепота до резкого хлопка. Печь дышала, жила, согревала. В ее глубине лениво мерцали прогоревшие угольки.

В тишине кухни отчетливо тикали ходики, висевшие на стене.

Светлана вдруг вскрикнула, схватив Анну за рукав:

— Вспомнила! У Никиты тогда, в общежитии… Он сказал, что пластина – пропуск в «Клинок и коготь». Я подумала, что это рок-группа какая-то. Мальчишки тогда поголовно играли на гитарах.

Стерхова подняла медяшку на уровень глаз. В отсвете пламени гравировка вдруг ожила: сова шевелила перьями, готовясь к броску.

— Хотелось бы знать, куда вел этот «пропуск». – Анна встала и подошла к заиндевелому окну.

Темнота за стеклом казалась густой, словно деготь. Было слышно, как где-то вдалеке все так же лают собаки.

«Ну, что же… – подумала она. – Завтра будет день. Возможно, он принесет ответы».

Анна Стерхова резко перелистывала страницы, просматривая следственные материалы. Взгляд то и дело скользил по часам на стене: стрелки неумолимо ползли вперед, но Ивана Астафьева все еще не было. Это раздражало.

Утром, в машине она не стала заводить разговор о пропавших в далеком прошлом, решив, что лучше выждать удобного момента. Но Астафьев тут же уехал, не предоставив ей ни минуты для разговора.

Городской телефон зазвонил, заставив ее вздрогнуть.

— Привет, – голос подруги звучал бодрее, чем ожидалось – в Москве было раннее утро. – Все отправила на факс и продублировала на твою электронную почту.

— Нашла что-нибудь интересное? – спросила Анна.

— А то! Ты знала, что Холофидин – зять сенатора Крамова?

Из пальцев Стерховой выпала ручка.

— Что? – Голос ее сорвался, но она взяла себя в руки. – Повтори.

— Тимур Сайярович Холофидин зять сенатора Андрея Львовича Крамова. Женат на его дочери Анжелике. – Буднично подтвердила Вика. – Вся информация в факсе и в письме. Там же фотография Холофидина.

— Спасибо.

— И вот еще что… – подруга понизила голос. – Будь осторожна. Не лезь на рожон. С этими господами не знаешь, чего ждать.

Закончив разговор, Анна встала, чтобы пойти за факсом, но дверь кабинета распахнулась и в кабинет вошел Гедройц.

— Приятная новость, Анна Сергеевна. Нашли для вас вертолет. Его предоставил сенатор Крамов. Он прилетел на юбилей рудника.

— И это прекрасно, – ответила она машинально, объединяя в голове две разных темы: пропавшего Холофидина и прилетевшего в Северск Крамова.

— Послезавтра можете лететь на Совиную Плаху.

— Спасибо.

— Андрей Львович сейчас в моем кабинете, – продолжил Гедройц, избегая смотреть ей в глаза. – Он хочет с вами поговорить.

Подполковник шагнул за порог, Стерхова – следом. Они двинулись по коридору и вскоре вошли в приемную.

— Подождите минуту, – Анна задержалась у стола секретарши. – Мне должен прийти факс.

Та оторвалась от своих бумаг и потянулась к лотку с входящими документами.

— Да, вот он, – сказала она, вынимая сложенные листы.

Забрав факс, Анна пробежала глазами первые строки, но полностью читать не стала – не здесь, не сейчас. Кивнув, она повернулась к Гедройцу.