Книга Забытое дело Калевалы, страница 9 – Анна Князева

— Кажется, вспомнил.

Стерхова застыла, ремень сумки соскользнул с ее плеча.

— Что?

— Микко Кеттунен сказал мне тогда у конторы леспромхоза…

— Что? – её голос прозвучал тише.

Старик вытянул шею, будто прислушиваясь к голосам из прошлого.

— Он сказал: «В Калевале есть места, куда даже леснику лучше не ходить».

Она развернулась и посмотрела в глубь квартиры.

— Виктор Ильич, не возражаете, если мы зафиксируем ваши показания в протоколе?

Тёмно-синяя «Нива» стояла у подъезда, двигатель работал на холостых. Мелентьев смотрел прямо перед собой, его четкий профиль был словно вырезан из камня.

Анна села на пассажирское сиденье и захлопнула дверцу.

— У вас есть подробная карта района? – спросила она, не глядя на Матти.

Он потянулся к бардачку, достал сложенную в несколько раз, потрепанную карту.

— С прежних времён завалялась. Теперь все ездят по навигатору.

Стерхова развернула карту, на которой линии дорог и пятна озёр путались в зелени лесов. Она провела указательным пальцем от Сортавалы вниз, вдоль берега Ладожского озера.

— Покажите, где находится кордон «Черные камни».

Мелентьев будто не слышал.

Пауза затянулась.

Анна повторила:

— Покажите на карте кордон «Черные камни».

Он протянул руку, его указательный палец с коротко остриженным, плоским ногтем ткнул в зеленый массив леса.

Стерхова достала из сумки ручку и обвела это место кружком. Потом аккуратно сложила карту и положила себе на колени.

— Едем туда.

Мелентьев медленно повернул к ней голову. Его глаза недовольно сузились.

— Зачем?

— Хочу всё увидеть своими глазами.

Матти коротко хмыкнул и уголки его рта дёрнулись вверх. Пожав плечами, он переключил передачу и тронулся.

Выбравшись из города, сначала они ехали по асфальтовой дороге. Минут через сорок Мелентьев свернул направо, и машина затряслась по грунтовой дороге.

«Нива» кренилась, буксовала в колеях, заполненных бурой водой. Сосны стояли вдоль дороги плотной стеной. Солнечный свет прорезал лес косыми лучами, в которых кружилась мошкара. Воздух в салоне стал чище, пах смолой и нагретым камнем.

Дорога сузилась. Пожухлая трава шуршала по днищу машины. Ветви хлестали по стёклам, оставляя на них влажные следы. Мелентьев ехал медленно, его пальцы крепко держали руль.

Наконец, Матти остановил машину и выключил двигатель. Глухая тишина навалилась сразу. Ее нарушал лишь треск остывавшего металла.

— Всё, – произнес он. – Дальше пешком.

Они вышли из автомобиля. Мелентьев шел первым, раздвигая кусты. Анна шагала за ним. Под ногами пружинил белесый мох, и лопались ягоды брусники.

Вскоре лес расступился.

Перед ними простиралась небольшая поляна. Трава на ней была выше, сочнее и отливала пронзительно-яркой зеленью. Чувствовался запах прогретой солнцем земли, мяты и перегноя.

Мелентьев остановился и произнес:

— Вот. Пришли.

Стерхова обвела взглядом поляну. Ничего, кроме травы, молодой поросли ольхи и кустов шиповника.

— Что «вот»?

— Здесь и стоял дом Кеттуненов. – Матти повел рукой.

— Спасибо. – Анна усмехнулась коротко и беззвучно. – Что с ним случилось?

Мелентьев сделал паузу, запрокинул голову и посмотрел на вершины сосен.

— Сгорел.

— Когда? – уточнила Стерхова.

Он потер пальцами подбородок.

— Точно не помню… Вскоре после отъезда Кеттуненов.

— После их исчезновения, – поправила Анна, четко выговаривая каждое слово.