Книга Исцели мою душу, страница 12 – Олли Эш

Она перевела взгляд на его лицо.

— Ты знаешь, о чём я. Хотя, у тебя была выживаемость девяносто два процента. Восемь процентов твоих пациентов всё равно умирали. Восемь из ста. И каждый, наверное, разбивал тебе сердце.

Пальцы дрогнули. Сжались чуть крепче.

— Я не говорю об этом ни с кем, — сказала Кира. — Мина — хорошая, но она не целитель. Она не чувствует того, что чувствую я. А мама... умерла, когда мне было пятнадцать. Сердечная недостаточность. Я ещё не умела лечить, только чувствовала. Чувствовала, как её сердце останавливается, и ничего не могла сделать. Наверное, поэтому я стала целителем. Чтобы никто больше не умирал у меня на руках.

Она усмехнулась — горько, невесело.

— Глупо, да? Потому что они всё равно умирают. Восемьдесят процентов. Иногда мне кажется, что я не целитель, а проводник в морг.

Она замолчала. Потом набрала воздуха и продолжила:

— Ты первый, с кем я говорю об этом. Смешно — ты в коме, ты даже ответить не можешь, а мне кажется, что ты понимаешь. Может, потому что ты тоже целитель. Может, потому что твоя магия отвечает на мою.

Она провела большим пальцем по его костяшкам.

— Сегодня я снова провела сеанс. Днём, когда был обход. И снова остановилась на полпути. Я боюсь идти до конца, Айзек. Боюсь, что если позволю резонансу случиться полностью, это изменит что-то между нами. Что-то, что уже нельзя будет отменить. А ты не давал согласия.

Она смотрела на его лицо — безмятежное, спокойное, — и чувствовала, как внутри поднимается жар. Тот самый, который она сдерживала каждый сеанс. Который заперла где-то глубоко, как запретную комнату.

— В тот первый раз, когда я коснулась тебя, — прошептала она, — я испытала... я даже не знаю, как это назвать. Это было похоже на разряд. Горячий. Сладкий. Как будто всё моё тело на секунду стало огнём. Я отшатнулась, потому что испугалась. Потому что это было слишком. Слишком сильно.

Она закрыла глаза и позволила себе вспомнить.

— Моя магия... она потянулась к твоей сама. Я не контролировала это. Я просто положила ладонь на твою грудь, чтобы провести диагностику, и вдруг почувствовала тебя. Всего. Твою боль. Усталость. Твоё одиночество — такое глубокое, что у меня защипало в глазах. И одновременно... желание. Не физическое — хотя и физическое тоже. Желание быть с кем-то. Желание, чтобы кто-то коснулся тебя не как пациента, не как целителя, а как человека.

Она открыла глаза и посмотрела на него.

— Я почувствовала это, потому что у меня то же самое. Я тоже одинока, Айзек. Так же, как ты. У меня нет никого, с кем я могла бы говорить по ночам. Никого, кто ждал бы меня дома. Только работа. Пациенты. Из них восемьдесят процентов уходят.

Она наклонилась ближе. Его лицо было совсем рядом — она видела каждую ресницу, каждую пору на коже.

— Я не знаю, правильно ли это, — сказала она. — Ты мой пациент. Я твой врач. Между нами не может быть ничего, кроме профессиональных отношений. Этический кодекс, лицензия, репутация — всё это рухнет, если кто-то узнает, что я чувствую. Но когда я касаюсь тебя магией, всё это перестаёт иметь значение. Остаётся только ты. Только твоя сила, которая тянется к моей. Только этот жар, который я не могу погасить.

Она замерла. Потом мягко, едва касаясь, провела кончиками пальцев по его щеке. Без магии. Просто прикосновение.