Книга Нежеланный брак, или уроки любви для герцога, страница 73 – Кати Владмар

— Она необыкновенная женщина, — сказала я. — Писать такие книги и при этом сохранять тайну своего авторства…

Родерик слегка нахмурился.

— Вы помните наш разговор у Рочестеров, — заметил он. — Должен признать, леди Бервик несомненно талантлива и эрудирована, но я не вполне одобряю ее… методы. Женщине ее положения не следовало бы прибегать к подобным уловкам.

— Но разве у нее был выбор? — возразила я. — Издатели вряд ли приняли бы рукопись, подписанную женским именем.

— Возможно, — неохотно согласился он. — Но есть определенная… двусмысленность в том, чтобы вести двойную жизнь.

— Если леди Бервик хочет реализовать свой литературный талант, у неё просто нет другой возможности, кроме как держать своё авторство в секрете, — заметила я. — Общество готово восхищаться её умом в светских беседах, но вряд ли примет женщину-романиста.

— Это едва ли можно назвать секретом в полном смысле слова, — сухо ответил Родерик. — В высшем обществе большинство осведомлены о ее литературных занятиях, просто предпочитают не обсуждать это открыто. — Он понизил голос. — Особенно учитывая ее близость к принцу Альберту. Говорят, они… особенно дружны.

В его тоне было что-то такое, что заставило меня предположить, что «дружба» леди Бервик и принца была особого рода. Я не стала развивать эту тему — из уважения к леди Бервик и нежелания уподобляться салонным сплетницам. Какими бы ни были ее отношения с принцем, это не моё дело.

Бал продолжался до глубокой ночи. Когда мы наконец сели в экипаж, чтобы вернуться в городской дом, усталость навалилась на меня с неожиданной силой. Напряжение последних часов, постоянное внимание к каждому слову и жесту, танцы — все это вымотало меня.

— Вы устали, — заметил Родерик, глядя на меня с непривычной мягкостью.

— Немного, — призналась я, пытаясь подавить зевок.

— Отдохните, — сказал он. — Путь до дома неблизкий.

Я хотела возразить, что это неприлично — засыпать в его присутствии, но веки стали такими тяжелыми… Экипаж мягко покачивался, убаюкивая меня. Последнее, что я помню, — как моя голова непроизвольно склонилась к плечу Родерика, и он, вместо того чтобы отстраниться, осторожно обнял меня за плечи, позволяя устроиться удобнее.

Проснулась я от легкого толчка — экипаж остановился. Сонно моргая, я не сразу поняла, где нахожусь. Моя голова все еще покоилась на плече Родерика, а его рука обнимала меня, удерживая от падения.

— Мы приехали, — тихо сказал он.

Я выпрямилась, чувствуя, как краска заливает щеки.

— Простите, я не хотела…

— Все в порядке, — перебил он. — Вы очень мило спите.

Лакей открыл дверцу экипажа. Родерик вышел первым и подал мне руку. Когда я ступила на землю, прохладный ночной воздух заставил меня вздрогнуть. Не говоря ни слова, Родерик снял свой вечерний пиджак и накинул мне на плечи. Его тепло и запах окутали меня, вызывая странное чувство защищенности.

— Вам не будет холодно? — спросила я, глядя на его белоснежную рубашку.

— Не беспокойтесь обо мне, — ответил он с легкой улыбкой. — Пойдемте, вам нужно отдохнуть.

Мы вошли в дом, где нас встретил дворецкий, несмотря на поздний час. Родерик отпустил его и сам проводил меня до моей комнаты. У двери я остановилась и сняла его пиджак, чтобы вернуть.

— Благодарю вас, — сказала я, протягивая ему пиджак.