Книга Сельский шик для мажора, страница 121 – Даниэлла Ник

Специально выдержала паузу, чтобы мне жилы вытянуть. В наказание.

— Ничего ведь не было? Я бы никогда, Алена. Никто, кроме тебя! – осыпаю поцелуями ее колени. – Я так сильно тебя люблю!

— Не было, Матвей! Когда я приехала, Ника уложила тебя спать. Но я не уверена, что если бы ты не уснул, ты бы ее не трахнул.

Голос Алены безжизненный и пустой. Она разочарована. Как и я вчера. Да. Это разочарование в любимом человеке, которому ты безгранично доверял.

— Я бы не стал ее трахать, даже если бы смог! – твердо отвечаю я, а самого аж передергивает от омерзения. Где мы вообще? И почему мне так противно, словно я в дерьмо наступил. – Я люблю тебя, Алена.

— Я тоже тебя люблю, Матвей, – бесцветно отвечает мне девушка. – Но слишком все сложно у нас. Постоянно какие-то препятствия и бразильские страсти. Я устала. Устала от этих качелей эмоциональных. Ты очень хороший, правда, и я безумно тебя люблю.

Отчасти, я согласен с ней. Наши отношения постоянно вопреки, в них регулярно что-то или кто-то вмешивается.

— Я не могу в полной мере насладиться тобой, постоянно что-то мешает! – тяжело выдыхает Алена.

А я напряжен как струна.

— Мне восемнадцать! – в голосе появляются истеричные нотки. – Я просто хочу быть счастливой, и не нести ответственность за прошлое своей матери и отца. Я хочу дышать полной грудью. Но мне приходится бороться с трудностями! Я так больше не могу. Не могу! Я устала жить с постоянным ощущением надвигающегося пиздеца.

Я молчу, не зная, что сказать. Она права. На сто процентов права. Сегодня я по-другому взглянул на ту ситуацию.

— У меня нет жизненного опыта, я не понимаю, как правильно себя вести. Совершаю эмоциональные поступки, поддавшись секундному порыву, ошибаюсь. Но это ведь нормально! – Алена плачет, а я сажусь рядом, крепко обнимая ее. Голый и потерянный. Красавец-мужчина с диким перегаром.

— Как мы дошли до этого? – шепчу я, глажу ее по пшеничным волосам. – Как?

— Это конец, Матвей! Как ты больше не сможешь доверять мне, так и я тебе. Никогда. Прости, и прощай!

— Подожди! – молю я, хватая ее за руку. Она ледяная, я пытаюсь согреть ее. – мы со всем справимся, начнем с чистого листа. Обнулимся! Забудем обо всем, что было! Прошу тебя, я так тебя люблю. И ты меня любишь! Мы созданы друг для друга. Да, у нас не самые идеальные отношения и, возможно, неправильная история любви, но мы искренние и нас безумно тянет друг к другу!

Мы стоим посреди убогой комнаты, обнявшись. Моя грудь мокрая от ее слез, а у меня щиплет в носу. Твою мать, что происходит!

— Нам нужно взять паузу, Матвей! Так больше не может продолжаться, или я с ума сойду! – тихо говорит мне Алена. Держит в объятиях крепко-крепко, прощается. А мое сердце рвется из груди. Нет! – Я соберу свои вещи и вернусь в общежитие. Мне нужно подумать, и тебе тоже. Все слишком сложно.

— Я люблю тебя! – шепчу я, в исступлении целуя ее макушку. – Я не смогу жить без тебя.

— Я тоже люблю тебя, Матвей. Больше жизни! Дай мне месяц, пожалуйста. Не показывайся, не звони мне. Прошу!

Она отлипает от меня и выходит из комнаты, крепко закрыв за собой дверь. А я остаюсь один посреди жалкого номера. Убогий и ущербный.