Книга Сердце хищника, страница 124 – Наталья Шагаева

— Ничего, ничего, это нормально, – снова улыбается женщина.

Ложусь, пытаясь восстановить дыхание, показывая, что я абсолютно спокойна.

— Вы говорили про ужин?

— Да, конечно, сейчас принесут. Пейте побольше, – советует мне медсестра.

— А когда можно увидеть моего супруга? – ровным голосом интересуюсь я, когда женщина почти выходит.

— Скоро, вам сообщат и проводят.

— Хорошо.

Совсем не хорошо. Либо я в параллельной реальности, либо сошла с ума, либо это очередная фаза игры.

Закрываю глаза, дышу. Чувствую, как горячие слезы текут по щекам, но не издаю ни звука, зажав рот и кусая ладонь.

Вскоре принесли ужин, и я почти все съела. Не потому, что хотела есть, – наоборот, меня тошнит от слабости, а еда кажется пластиком. Мне нужно набраться сил и понять, что происходит. Потому что, пока персонал отсутствовал, я поднялась с кровати и выглянула в окно. А там – не привычный Эдем и не бескрайний лес. Там большой реальный город. С дорогами, машинами и даже остановкой.

До утра меня оставили в покое. Спать я даже не пыталась. Прислушивалась к шагам в коридоре, к разговорам персонала. И не заметила ничего пугающего. Обычные разговоры медсестер, уборщицы. Даже когда вышла в коридор, то милая женщина на посту вежливо поинтересовалась, не нужно ли мне чего-то. Я попросила воды и вернулась назад. При желании я могла бы уйти. Убежать домой, к маме. Но Эдем научил меня быть подозрительной. Если тебя не запирают на ключ и улыбаются в шикарной обстановке, это еще не значит, что тебе ничего не грозит.

— Ангелина Сергеевна, как вы себя чувствуете? Выспались? – ко мне снова приходит женщина в белом халате, продолжая называть чужим именем.

— Да. Спасибо, все хорошо, – киваю.

— Тогда накиньте халат, – предлагает такой же, как у нее. – Пойдемте, я провожу вас к супругу, он уже пришел в себя, – радостно продолжает она.

Если это больница, то незаурядная. Нет в обычных стационарах такого отзывчивого, заботливого персонала, расточающего улыбки, будто я любимая родственница.

Киваю, поднимаюсь с кровати, накидываю халат и иду.

— Ну что вы, Ангелина Сергеевна, обуйтесь. Полы у нас хоть и стерильные, но холодные, – усмехается женщина. Я даже не заметила, что под кроватью все это время стояли абсолютно новые белые тапки.

Мы выходим в коридор и проходим всего пару палат, прежде чем медсестра открывает передо дверь. Когда я вижу почти идентичную палату, а на кровати мужчину, мое сердце, кажется, замирает.

Под белым покрывалом лежит, конечно, не Денис Олегович и не мой супруг. Это Давид. И если я не в бреду и это не очередная галлюцинация, то он жив.

Не совсем здоров, но жив!

Слава богу, жив!

Меня охватывает такое облегчение, что я снова начинаю рыдать.

В голове складывается паззл. Я все еще ничего не понимаю, но точно знаю, что не сошла с ума. Мы выбрались.

— Ну что вы, Ангелина. Не надо тут плакать. Тем более причин нет. Ну-ка прекращайте, или я уведу вас, – строго говорит женщина.

Утираю слезы, качая головой. Прохожу в палату и встречаюсь с черными пронзительными глазами. Они очень уставшие, но такие же яркие и по-прежнему смотрят внутрь меня.

— Спасибо, Валентина Владимировна, Ангелина больше не будет плакать, – сипло произносит Давид. – Моя супруга очень впечатлительная. Я ее успокою. Оставьте нас наедине, пожалуйста.