Книга Девять месяцев. Случайный наследник Морозова, страница 94 – Олли Серж

— Предлагаю забить на вечер и поехать домой, – мурлычет мне на ушко муж. – Или я тебя трахну прямо здесь.

— Ещё один незакрытый гештальт? – подразниваю. – Привести к себе в комнату девчонку, пока родители не видят….

Морозов со стоном впивается в мои губы и подхватывает на руки.

— Прачечная или спальня? – рычит, поднимая своим возбужденным тоном по моему телу мурашки.

— Мы опоздаем на мероприятие, – смеюсь. – Имей совесть. Ты всё–таки генеральный спонсор конгресса. Люди ждут речь! У тебя встречи.

— Ты права, – со вздохом отпускает меня Дамир, но всё–таки успевает пройтись пальцами у меня в трусиках. – Но после торжественной части мы сбежим. Арррр… Как подумаю, что ты без меня вот такая ходишь, крыша едет.

— А ты без меня? – отвечаю ревниво. – Не смотрел на итальянок?

— Я там только с закрытыми глазами ходил…

Хохочу. Врет, конечно, но приятно. Да и в верности мужа я не сомневаюсь.

— Тихо ты, – зажимает мне рот Дамир. – Сейчас Тоша услышит и…

С криками «мама» сын уже вылетает из комнаты.

— Ну бестолковые! – всплескивает руками свекровь. – Дед его отвлекает–отвлекает, а они до сих пор не ушли!

— А нужно было срочно подписать документы для налоговой, – разводит руками Морозов, – по агрохолдингу, мам. Пришлось врубать вашего «мамонта» в кабинете отца. Между прочим, впервые в жизни не взял с собой ноут!

Дамир подхватывает Тошу на руки и кружит.

— А ты что? Уже соскучился? Кто баловался?

Сын смеётся и требует, чтобы отец его дальше продолжал кружить.

— Вот и как теперь его забирать? – вздыхает свекровь.

— Придется использовать запрещенный прием, – смотрит на отца Дамир.

— Никаких кораблей! – багровеет тот в ответ.

— Прости, ты сейчас сказал, что бумажные модельки тебе дороже? – мгновенно закипая, ощетинивается муж.

Нам с Верой Петровной приходится растащить мужчин по разным углам дома.

Нельзя сказать, что отношения между отцом и сыном за последние два года стали очень теплыми, мне кажется, что общение всей семьей – это исключительно жест доброй воли со стороны Дамира. Ради тех людей, которых он любит, а они, к его сожалению, любят старого генерала, поэтому – терпит.

Сегодня мне сложно представить, что когда–то свёкр был бескомпромиссным домашним тираном. Веру Петровну он обожает и немеет от взгляда, а Антошку пока ни на какую военную романтику не сманивает.

Сбежать снова нам с мужем удается, когда ребёнок отвлекается на мультики и дедушкин корабль.

Дамир держит меня за руку, пока уверенно ведет машину.

— Не жалеешь, что стал спонсором?

Пытливо смотрю в его профиль. На мой взгляд, это было одновременно очень правильное и сложное решение.

— Почему ты спрашиваешь? – бросает на меня взгляд муж. – Степан Дмитриевич подарил мне слишком много, чтобы я его не поддержал.

— Если бы ты не захотел касаться темы болезни, тебя бы никто не осудил, – пожимаю плечами.

— Глупости сейчас говоришь, – хмурится муж. – Сама по себе, Настя, болезнь близкого нейтральна. Это факт. В болезненные эмоции его окрашивают наши несбывшиеся мечты и тоска.

Сжимаю его руку.

— Ты молодец. И сегодня мы увидим тех, кому повезло встретить на пути Ермолина.

Инновационный конгресс для мероприятия отхватил себе самый фешенебельный отель города. Кондитеры работают мои. И это отдельный повод для гордости.