Книга Героиня ничьего романа, страница 28 – Мира Айрон

В глазах Ираиды Александровны читалась вся гамма чувств: от понимания до паники.

А Андрей, выслушав, спокойно поинтересовался:

— Он что, объявился?

— Да, — кивнула Есения. — И завтра придёт к нам знакомиться.

— А зачем? — подняв брови, парень сложил руки на груди и стал ещё больше похож на Стаса. — О душе́ решил задуматься? Зассал остаться одиноким на старости лет?

— О душе́ твоему отцу думать ещё рано, хотя по идее о ней нужно думать всем и всегда, — Есения успокаивающим жестом коснулась руки сына. — И одинокая старость ему точно не грозит. Я хочу, чтобы ты понял, Андрей... Чтобы вы все поняли: Стас не знал о моей беременности, когда уезжал жениться. И до последнего времени даже не подозревал о существовании у него сына. А я тогда, восемнадцать лет назад,знала о том, что у него есть потенциальная невеста. Потому не всё так однозначно. По сути меня никто не обманывал и не использовал. Я была взрослым, отвечающим за себя человеком со своими решениями. И ещё. Как бы то ни было, Стас — один из лучших людей в моей жизни. Потому, раз уж он узнал о том, что у него есть ещё один ребёнок, прошу, давайте дадим ему возможность познакомиться с Андреем.

— Конечно, конечно, — закивал отец. — Вопросов нет. Как сложилось, так и сложилось, а нам грех жаловаться.

— Да, согласна с отцом, — поддержала мужа Ираида Александровна. — Конечно, примем. Только ведь... мы люди простые.

— А он что же, непростой? — удивился Арсений Семёнович, который не заметил Стаса в аэропорту.

— Ну-у-у... — протянула Ираида Александровна, — простые люди редко женятся по договорённости.

— Ты, мать, сериалов пересмотрела! — хмыкнул отец.

— А как он узнал обо мне? — мрачно поинтересовался Андрей.

— Случайно, — ответила Есения. — Увидел вас в аэропорту в Москве, когда вы делали пересадку. Ты очень похож на отца, завтра сам убедишься. Увидел, заподозрил что-то и начал собственное расследование.

— Ясно, — вздохнул сын. — Ладно, пойду к себе.

Мать и бабушка с дедом проводили его сочувствующими взглядами, и Арсений Семёнович смущённо кашлянул.

— Ну ничего, — успокоил он своих «девочек», — обойдётся. Андрюха — почти мужик уже, а не мямля, так что выдержит.

И всё же Есении было тревожно, потому, когда дом погрузился в сон, она прокралась к комнате сына. Из-под двери узкой полоской струился электрический свет. Значит, Андрей не спит. Осторожно поскреблась в двери и услышала мрачное: «Открыто».

Сын полусидел на кровати, вытянув ноги, и смотрел в телефон. Есения подвинула стул и устроилась рядом. Некоторое время они молчали, хотя Андрей сразу отложил смартфон.

— Мам, ты... всё ещё любишьего ? — нерешительно спросил парень. — Потому и не вышла замуж?

— Ты слишком меня идеализируешь, родной, и романтизируешь мой образ, — мягко ответила женщина и провела ладонью по отросшим светло-русым волосам сына. — Но тебе так и полагается. Во-первых, я твоя мама. Во-вторых, ты ещё очень молод. А не вышла, потому что не хотела выходить.

— Из-за меня? — вскинул голову Андрей. — Ты могла встретить своё счастье!

— Вот это мне уже не нравится, — покачала головой женщина. — Моё счастье — это ты. Бабушка с дедушкой. Наш дом, наши коты и Динка. Моя работа.

Динкой звали огромную серую дворнягу, взятую из приюта, — их главного сторожа и охранника.