Книга Осторожно! Разведенка выходит на тропу любви, страница 46 – Александра Багирова

все исправить, умоляю! Я вернусь, я стану настоящим фундаментом... Да мы с тобой

вместе горы свернем!

Слушаю этот жалкий спектакль и не чувствую абсолютно ничего. Ни боли, ни обиды, ни

даже злости. Только глухую брезгливость.

Медленно поворачиваю голову к сыну.

— Макс. Ты ему веришь?

Сын презрительно фыркает и отрицательно качает головой.

— Я верю в то, что тетя Анжела застукала его за поеданием детских творожков в час

ночи и вышвырнула с вещами. И теперь нашему «фундаменту» просто негде жить.

Не могу сдержать короткого смешка.

— Ты слышал сына, Веня? - смотрю прямо в бегающие глаза бывшего мужа. Мой голос

звучит холодно и размеренно. - Твой поезд ушел. Рельсы разобрали. Мне не нужен

бракованный фундамент, который рушится при первом же сквозняке. Возвращайся к своей

кассирше или иди ночевать на вокзал, мне плевать. Но к нам больше не приближайся.

Маска раскаяния сползает с лица Вениамина так же быстро, как и появилась. Поняв, что

давить на жалость бесполезно, он мгновенно теряет над собой контроль. Его лицо

багровеет, а на шее вздуваются вены.

— Ах так?! - визжит, брызгая слюной. Прохожие у входа в отель начинают оборачиваться.

— Думаешь, вырядилась в дорогие шмотки и королевой стала?! Да кому ты нужна, Рита?!

Новому боссу своему?! Думаешь, он на тебя запал?!

Он тычет в меня дрожащим пальцем, переходя на истеричный крик.

— Ты разведенка с прицепом! Ты помятая жизнью баба с ипотекой! Как тебя ни крась, как

ни наряжай — это ничего не изменит! Богачи предпочитают молодых, сочных девочек, а

не таких выжатых лимонов, как ты! Он с тобой поиграет и выбросит на помойку! И

только я... только я тебя искренне любил такую, какая ты есть! Ты еще приползешь ко

мне, вспомнишь мои слова!

Я открываю рот, чтобы сказать ему, куда именно он может засунуть свою «искреннюю

любовь», но Макс меня опережает.

Мой сын, мой одиннадцатилетний защитник, бесстрашно выступает вперед, закрывая меня

собой. Он расправляет плечи в своем крутом брендовом худи и смотрит на Веню так,

словно тот — пустое место.

— Моя мама — самая лучшая, самая красивая и самая умная женщина в мире, - чеканит

Макс ледяным басом, поразительно похожим в этот момент на интонации Киборга. - И ей

нужен настоящий мужчина, который оценит ее по достоинству. А не ноющий паразит,

который умеет только воровать чужие идеи и йогурты. Пошли, мам. Нам с ним

разговаривать больше не о чем.

Он берет меня за руку и уверенно тянет к стеклянным дверям отеля.

Швейцар в ливрее предупредительно распахивает перед нами створку. Я иду с высоко

поднятой головой, чувствуя невероятную гордость за своего сына.

Мы заходим в прохладный, пахнущий дорогим парфюмом холл отеля, оставляя Вениамина

стоять на улице. Сквозь стекло я вижу, как он, обгаженный с ног до головы правдой от

собственного ребенка, бессильно пинает урну и, ссутулившись, бредет прочь в

сгущающихся сумерках.

— Макс, - останавливаюсь у лифтов и обнимаю сына, зарываясь носом в его макушку. -

Спасибо тебе. Ты мой самый главный герой.

— Обращайся, мам, - довольно бурчит он, обнимая меня в ответ. – ты всегда можешь на

меня рассчитывать.

Глава 27

Стою перед огромным, в пол, зеркалом в номере отеля, и сама себя не узнаю.

Из зазеркалья на меня смотрит не замученная ипотекой разведенка. Не истеричная