Книга Сто шагов до счастья, страница 58 – Ольга Гусевицина

Макс был так близко! Если потянуться навстречу ещё чуть-чуть — можно коснуться губ. Мариша вдохнула, готовая сделать это первой, но тишину разорвал лай собаки. Кто-то шёл по улице. От неожиданного звука Макс дёрнулся, словно очнувшись.

— Ладно, пойдём! Я провожу тебя до подъезда. — И он обнял Маришу за талию, прижав к себе.

— Не надо, — тихо проговорила она не своим голосом.

— Пойдём! — настоял Макс и повёл её в сторону дома.

Тепло его ладони растекалось по её телу, словно они стали единым целым на эти сто метров. А потом Макс уйдёт и, вероятно, уже навсегда.

— Знаешь, а я ведь из-за тебя со всеми ссорюсь! — выдохнула Мариша.

— Зачем? Не надо, не ругайся. — Макс ещё теснее прижал её к себе. — Меня заберут — забудешь…

— Нет, я тебя никогда не забуду! — перебила его Мариша.

Её слова звучали как обещание, как признание, но ей на это было плевать. Сейчас во всём мире был только он, обнимающий её. Так близко, так жарко! И ей было хорошо и спокойно в этих объятиях, в которые она столько времени стремилась попасть.

Не заметив, как они дошли до подъезда, Мариша в первое мгновение и не поняла, почему Макс остановился. Он убрал руку с её талии и сделал маленький шаг назад.

— Ну всё, Маришка-малышка, я пойду. Мне надо идти… — произнёс Макс с нажимом на слово «надо». — Меня ждут там тёти, дяди… Я когда-нибудь тебе всё расскажу…

— Нет! — слетело с её губ, а к глазам подступили слёзы.

Ей хотелось вновь прижаться к нему и никуда не отпускать! Это «когда-нибудь», может, никогда и не случится, а он так и не поцеловал её!

— Прощай. — Мариша нехотя выпустила его ладонь.

— До свидания.

Макс улыбнулся, отступил от неё на шаг и отдал честь, приложив руку к голове.

— Спокойной ночи! Пусть я тебе приснюсь в хорошем сне!

В этот момент неожиданно со скрипом отворилась дверь подъезда. Из неё выскочила собака, а следом вышла бабушка Мариши. Макс резко развернулся и быстрым шагом пошёл в сторону улицы.

— Мариша! Это ты с Максимом, что ли, здесь стояла? — в бабушкином голосе был неподдельный ужас.

— Да, с Максом! — подтвердила она таким тоном, что пожилая женщина, взглянув в лицо внучки, внезапно осеклась, не сказав больше ни слова. А Мариша молча шагнула в подъезд.

Утром, усадив внучку завтракать, бабушка села напротив и стала вычитывать её за Макса. Мариша молча кивала, не видя смысла спорить. Обеспокоенность бабушки, которую очень любила, она понимала, да только её слова опоздали на целый год. На душе была дикая усталость. Вчера она простилась навсегда с тем, кого любит.

В следующий раз Мариша смогла приехать только спустя полтора месяца. Первым удивлением стали сугробы, завалившие весь городок, — словно она попала в другую климатическую зону, а не на расстояние в тридцать шесть километров. А вторым — новость, которую бабушка выложила за ужином: Зинка забрала заявление из милиции.

— Откупились они от бедной девочки. Мать Максима серьги золотые отдала. И денег заплатили. Опять сошло всё с рук этому бандиту! — Бабушка положила на стол вилку.

— Бабуль… — Мариша глотнула из чашки остывшего чая. — Ну зачем ты так? Вот, предположим, посадили его. И что, он потом бы паинькой из тюрьмы вышел? А?

Бабушка опустила взгляд на сложенные в замок руки. Мариша молчала, ожидая ответа.