Книга Султан на побегушках, страница 20 – Дарья Донцова

— Один на все действия, — не удержался я от ехидного замечания. — Наверное, эта же бумага использовалась и для приватизации жилья и денег «задержанного».

— Бедные бабушки-лифтеры, — вздохнул батлер. — Не все они разбираются в законах, убегали поэтому поскорее со всей возможной для себя скоростью. Ряженые дверь в квартиру без шума вскрывали, хватали того, за кем пришли, грузили в машину и увозили. Автомобили были черные, мужики — мрачные, в форме, «арестованный» шел молча, руки у него были в «браслетах». Что народ подумает? Загребли соседа-то! А на самом деле его свои утащили, в незаконную тюрьму запихнули. Не один каземат у братков стоял на балансе, небось и сейчас они существуют… Попробую связаться с лечащим врачом Брокиной. Спрошу, когда сможем поговорить с ней.

Утром меня разбудил голос Григория.

— Отвечай честно, где ты его взял?

— Жрать дай! — заорал голос.

— Ну и ну! — присоединился к разговору Боря. — Как тебя теперь назвать?

— Красавчег!

— Матерь Божья! — воскликнула Анна Ивановна. — Кто вообще эту гадость приволок?

— Кто-кто, дед Пихто! — заявил все тот же хриплый бас.

Даже если часы показывают семь, а ты отчаянно хочешь спать, невозможно заснуть, когда в доме происходит не пойми что. Быстро накинув халат, я вышел в холл.

— Иван Павлович, чего вы так рано? — удивился Гриша. — Ох, небось разбудили вас!

— Кто долго спит, тот помер, — высказался попугай, стоя на полу около мертвой мыши.

Я быстро сделал шаг назад.

— Она дохлая, не убегает, — объяснила Анна Ивановна. — Иван Павлович, не бойтесь.

Может, какому мужчине и приятно, если немолодая женщина просит его не впадать в панику при виде умершего грызуна, но я не принадлежу к их числу. Однако признаюсь: по какой-то причине я опасаюсь домовых вредителей, как живых, так и погибших. Но признаваться в данной слабости не особо хотелось, поэтому я ответил:

— Труп зверька не может навредить человеку. Интересно, где Эдик откопал сию штуку?

Я вмиг получил ответ от главного героя:

— В лесу на полке, где воют волки.

Попугай улетел, и тут сразу раздался звонок в дверь.

— Кого принесло ни свет ни заря? — вздохнула Анна Ивановна, открыла дверь и обрадовалась: — Людмила Юрьевна!

— Здрассти, — выдохнула наша ветеринар, втаскивая в холл два здоровенных, туго набитых баула. — Простите, что рано.

— А мы не спим! — бодро объявил Боря.

— С ночного дежурства еду, — объяснила Людмила. — Вы меня искали — вот она я. Кофейку чашечку можно? А лучше кружку! Литровую! И бутербродик еще. Нет, два! Могу и три съесть!

Анна Ивановна молча умчалась. Людмила сбросила туфли, вытащила из одной сумки тапки, наклонилась, подняла мышь…

— Бросьте немедленно эту гадость! — воскликнул я.

— Почему? — удивилась доктор, положила останки грызуна на пол и объяснила: — Если наступить на нее, можно поскользнуться и упасть. Так упадешь, что не встанешь.

— Дохлые мыши служат источником инфекций, — сказал Боря. — Людочка, скорее идите в ванную! Принесу сейчас туда обеззараживающую жидкость.

— Господи, Боренька, у вас в доме холера? — рассмеялась Людмила. — Руки-то, конечно, помою, но зачем суровые меры дезинфекции? Делать кому-то операцию не входит в мои планы, мыла вполне хватит.

— Вы брали в руки умершую мышь, — объяснил я.