Книга Моя маленькая Надежда, страница 4 – Рина Фиори

В кабинет плавной походкой входит девушка, с которой я столкнула при входе в здание. Ди её, кажется, мой спаситель называл. Вот, собственно, и он. А замыкает неторопливую процессию мажорик, который меня об пол швырнуть пытался.

— Штерн! Чернышевский! Ря-гу-зов… – громкий крик химички медленно сходит на «нет» с появлением в кабинете нахального мажора.

Компашка рассаживается по местам, громко перешёптываясь друг с другом и с некоторыми другими одноклассниками. Они ударяют друг друга по рукам в знак приветствия, а от былого благоговения не остаётся и следа. Подростки, словно, сходят с ума после появления троицы. Вот тебе, и дисциплинированный класс.

— О! – выкрикивает мажорик. – А эта мелюзга что у нас в классе делает?

Я не оборачиваюсь на его возглас, но чувствую кожей спины, что он прожигает во мне дыру.

— Михаил, – химичка обращается к парню заискивающим тоном, – до конца урока осталось меньше десяти минут, ты позволишь мне закончить?

От услышанного я слегка приоткрываю рот, а мои брови начинают жить собственной жизнью и стремительно ползут вверх.

Вот тебе и учительский авторитет.

Оставшееся время пытаюсь сосредоточиться на объяснении домашнего задания. Звенит звонок, и кабинет, а вместе с ним и вся школа, наполняются размеренным жужжанием.

Я собираю свои вещи с парты и складываю их в рюкзак, снимаю со спинки стула куртку – не успела занести её в гардеробную.

К моей парте подходит Мышкина.

— Привет ещё раз, – она говорит довольно тихо. Создаётся впечатление, что опасается, будто её кто-то услышит. – А ты… ты серьёзно…

Девушка окидывает меня взглядом, когда я поднимаюсь со стула, но не говорит больше ни слова, только прикусывает нижнюю губу. Не знает, как спросить.

— Да, мне семнадцать, я учусь в одиннадцатом классе, – отвечаю, предвидя назревающие в голове Мышкиной вопросы. – Меня, кстати, Надей зовут.

Протягиваю руку для приветствия, которую девушка охотно пожимает.

— А я Вера. Вера Мышкина, – широко улыбается.

Выглядит вполне жизнерадостной, не то, что сорок минут назад в коридоре. Походила на зашуганного зверька, хотя при её комплекции она этих двоих мажоров одной левой раскидала бы.

— Слушай, покажешь мне, где здесь у вас столовая или буфет? Я с утра голодная, как волк, – обращаюсь к своей новой знакомой.

Девушка охотно кивает, но очень скоро безмятежная улыбка на её лице сменяется растерянностью.

— Не так быстро, малявка, – раздаётся за спиной до боли знакомый голос.

Набираю в грудь побольше воздуха и оборачиваюсь, смело встречая разъедающий взгляд сразу двух пар глаз.

— Значит так, – чеканит мажор, – или ты сейчас же просишь прощения за инцидент в холле, или… – он многозначительно играет бровями, надеясь нагнать на меня таким образом ужас.

— Или? – я складываю руки на груди и смотрю внимательно на худощавого наглеца. Голову приходится сильно задрать, но я привыкла смотреть на мир снизу вверх.

— Ты чё типа смелая, да? – парень трёт пальцем кончик носа и в целом становится более агрессивным. – Да я тебя на клочки порву, поняла, недоросль?

Мышкина пытается дёрнуть меня за рукав, но я продолжаю стоять на месте неподвижно, даже когда Михаил делает рывок в мою сторону.

Только сейчас замечаю, что на самой дальней парте, в углу, сидит мой спаситель. Одна нога упирается в пол, а вторая стоит на стуле. Парень внимательно следит за представлением, и что-то мне подсказывает, что именно его пристальный взгляд держит нахального мажора на цепи.