Книга Больные люди, страница 26 – Михаил Бабиенко

Лена так обрадовалась, что начала подпрыгивать на месте от радости, будто она действительно дитя какое-то.

Мы быстро оделись и вышли. По пути на станцию я заметил, что одна пекарня, в которую я по пятницам захожу после работы, ещё открыта и из неё доносится приятный запах выпечки, смешивающийся с запахом автомобильных газов. Я решил сходить туда, предварительно предупредив об этом Лену.

— Я в пекарню схожу, куплю себе сосиску в тесте.

Лена немало удивилась:

— А почему-это только себе? А как же я?

Тут уже удивился я.

— Я думал, ты не ешь такую выпечку. Ты же на спорте.

Лена прямо-таки глаза выпучила, а потом сказала:

— Нет, я, конечно, занимаюсь спортом, но не откажусь от сосиски в тесте. Так что, голубчик, будь добр и потраться на меня заодно.

Я мог бы просто не купить ей эту чёртову сосиску в тесте, но почему-то решил всё-таки сделать это. Зачем? Побоялся, что не вынесу её попытки вынести мне мозги из-за невыполненной просьбы? Не захотел обидеть? Чёрт его знает. Но я купил ей сосиску, и мы пошли к станции, уминая из белой салфетки тёплую и мягкую выпечку.

— И всё-таки ты хороший человек, Сашенька. — внезапно сказала Лена, продолжая жевать. — И, может, ты ещё не принимаешь меня, но вскоре ты полюбишь меня в ответ. Я в этом абсолютно уверена.

Я промолчал, боясь выронить хоть крошку изо рта. Но её слова заставили меня задуматься: а почему она так уверена? Неужели она собирается липнуть ко мне без конца, пока я просто не сдамся?..

А может, она права?

Почему я так думаю?

Не знаю.

Наверное, это потому, что я люблю сомневаться.

Чёрт, только сейчас заметил, что Лена красной пастой перед моей записью что-то написала. Что значит: «Это только начало»? И почему красной пастой написано? И как она посмела лезть ко мне в дневник?

Ладно, сейчас Лена готовит ужин и о чём-то увлечённо болтает с Соней. За ужином расспрошу её о записи.

А может, вся моя жизнь — лишь выдумка? Да. Выдумка жалкого писаки, который, судя по всему, ещё и извращенец. Что ж, тогда хотел бы как-то попросить его: перепиши, пожалуйста! И найди уже девушку себе, чтобы свои сексуальные фантазии на меня не проецировать.

Ладно, на сегодня хватит писать. И так уже пол тетради исписал.

20 сентября, 19:30

Лена-таки переночевала со мной. На этот раз сексом дело не кончилось, но она подарила мне на ночь поцелуй. Правда, в щёчку. Какая-то странная у неё градация личных отношений: сначала секс, потом поцелуй в щёчку. Ну да ладно. Утром я специально встал раньше неё и приготовил завтрак, а заодно и сварил на обед макароны. Зачем я так сделал, если мог положиться на Лену или на сестру? В том-то и дело, что не мог. Соня не сможет вставать так рано, а Лене только и надо, чтобы я полагался на неё в хозяйстве. Я решил показать им обеим, что способен сам вести хозяйство и что Ленина помощь мне не нужна. Когда Лена проснулась, она немало удивилась тому, что я так рано поднялся и готовлю еду.

— Вот видишь? Я и сам справляюсь. Извини, но твоя помощь мне не нужна. — похвастался я.

Правда, Лена сразу же указала, что макароны слегка переварены, что завтрак (омлет) чуть пережарен, а глаза у меня так и слипаются ото сна.

— Конечно, это мелочи, — сказала она, — но тебе не надо так утруждаться. Ты же толком не выспался. А я смогу всё сделать в наилучшем виде!