Книга Смертельный след, страница 169 – Андреас Грубер

— Hola? – ответил он после третьего гудка.

Она прикрыла ладонью микрофон и изменила голос:

— Я только что стала свидетелем убийства в апартаментах отеля «Аурелия Бэй Клаб Резорт».

Снейдер положил сумку и туфли Рамоны на комод у входной двери и захлопнул дверь ногой.

— Рамона? – позвал он.

Ответа не последовало – над головой лишь монотонно гудел кондиционер. Апартаменты выглядели ничуть не лучше, чем при его первом визите. И он невольно задавался вопросом, как такая элегантная женщина, как Рамона, могла жить в подобном свинарнике.

Снейдер заглянул в спальню и гостиную и, наконец, направился в ванную. Еще до того, как он в полумраке увидел, что там произошло, в нос ударил характерный запах свернувшейся, насыщенной железом крови.

Держа пистолет наготове, он ощупал стену локтем и щелкнул выключателем. Вспыхнул потолочный свет, и перед ним открылся хаос. Разбитое вдребезги зеркало, сломанная душевая кабина, липкие кровавые следы на плитке и, наконец, Рамона – привалившаяся к стене, с большим продолговатым осколком матового стекла в животе.

Ступни ее ног были изрезаны, рядом с рукой лежал дайверский нож. Кем бы ни был нападавший – он пронзил ее осколком, хотя Рамона была вооружена ножом. Это говорило о профессионализме.

Затем его взгляд упал на окровавленное лезвие ножа. Похоже, убийца Рамоны получил либо колотую, либо резаную рану. Это облегчит его поиски – теперь у них есть его группа крови и ДНК.

Хоть что-то!

Лежащая в огромной луже крови, Рамона напомнила ему Анну Бишофф, которая после аварии на мотоцикле в торговом центре тоже истекла кровью – правда, тогда стеклянный осколок перерезал ей сонную артерию.

— Godverdomme, – выругался он, внезапно осознав последствия этого убийства. Рамона была его единственной оставшейся ниточкой к РАФ – и кто-то в этом гостиничном комплексе устранил ее прежде, чем он успел вытянуть из нее новые сведения.

Тут его взгляд упал на открытую сервисную дверцу в стене джакузи. Он ошеломленно уставился на украшения, разбросанные рядом на кафельном полу. Это же было ожерелье Кэте ван Цвитен. И ее кольца. И серьги.

Кто, черт возьми, это сделал? Кто-то, кто хотел стереть все следы, ведущие к Рут-Аллегре Франке? Хотя – по крайней мере, он на это надеялся, – до сих пор о смерти Конрада знал только его адвокат, а того БКА уже заставило замолчать. Так как же дошло до этого убийства?

Но об этом он мог подумать и позже. Гораздо важнее сейчас были красный блокнот Конрада и розовый телефон Рамоны. Оба могли им помочь. Он лихорадочно обыскал апартаменты, перевернул все вверх дном, заглянул даже в бачок унитаза, в шкаф кондиционера над дверью и в стенной сейф Рамоны, который он уже однажды вскрывал.

Ничего!

В отчаянии он вернулся в ванную и вытер пот со лба.

Это было невыносимо. После пожара в кабинете Пауля Конрада, смерти Анны Бишофф, самоубийства Конрада и исчезновения блокнота из его чемодана Рамона оставалась последним шансом выйти на сеть Рут-Аллегры Франке. И теперь она лежала перед ним зверски убитая. Все следы оборвались. Он оказался в проклятом тупике.

Снейдер сделал глубокий вдох, сел на край джакузи и заставил себя успокоиться. Он вытряхнул сигарету из пачки и закурил. После того как за последние пятнадцать минут он уничтожил множество улик в апартаментах, это уже не имело значения. Испанская полиция и без того держала его за яйца.