Книга Новое тело для попаданки, страница 37 – Ариана Рос

— Дину нужно это знать, — голос Роберта глухой, усталый, — Я однажды рискнул жизнью Лизы.

Том молчит. Я не дышу.

— Ты знаешь, откуда я на самом деле, — Роберт говорит медленно, словно вытаскивает слова из глубины, — Я родился здесь. В Интеррии. Но вырос в другом мире, без магии. И выжил благодаря хризопразу.

— Кристаллу жизни, — уточняет Том.

— Да. Он был со мной с детства. Я не знал, что это такое, но он давал мне силу и видения. Линии вероятности, — Роберт делает паузу, — И однажды я увидел её. Девушку. Лизу. Увидел, что она попадёт в этот мир. И что хризопраз должен быть с ней, в ней, чтобы перемещение состоялось.

— Тогда ты решил зашить камень в неё? — голос Тома звучит странно.

— Я сделал операцию. В моём мире, в больнице. Она лежала на столе, под наркозом, её нужно было вылечить, и я… я просто взял и вшил в конце операции хризопраз ей под кожу. Потому что знал: так нужно. Сама судьба привела её ко мне, — в голосе Роберта появляется горечь, — И я использовал её. Рискнул чужой жизнью, чтобы однажды самому вернуться домой. Не спрашивая разрешения, я изменил судьбу Лизы.

Тишина. Я сжимаю ручку сумки так, что костяшки белеют.

Он сам это сделал. Он знал. Всё знал. Меня накрывает волной ледяного шока.

— А Марьяна? — спрашивает Том. — Та девушка, о которой ты говорил, которая была с тобой в том мире в момент перемещения?

Роберт долго молчит. Я слышу, как он тяжело вздыхает.

— Она появилась случайно. Не в моих расчётах. Не в линиях вероятности. Просто не вовремя пришла в мой кабинет с дурацким вопросом, — его голос становится тише, — А потом пришёл тот псих с ружьём. Я оттолкнул её, в надежде что спасу. А вместо этого… вместо этого воронка забрала меня полуживого. А она осталась там. Я не знаю, жива ли она. Может, умерла от потери крови. Может, живёт себе в Петербурге, оперирует, и даже не вспоминает того идиота, который её игнорировал и отмахивался.

Я стою за дверью, не в силах двинуться. Внутри всё дрожит. Глаза щиплет.

Он не знает. И никогда не узнает.

Я отступаю от двери. Прислоняюсь к холодной стене, закрываю глаза. Сердце колотится так, что, кажется, его слышно во всём коридоре.

Я делаю глубокий вдох. Потом ещё один.

— Войдёшь? — раздаётся из-за двери голос Роберта.

Я вздрагиваю. Заметил. Моё лицо начинает гореть от смущения.

Толкаю дверь и вхожу. Роберт сидит за столом, Том стоит у окна. Оба смотрят на меня. На лицах — ни тени смущения.

— Я… я не хотела подслушивать, — говорю я, — Дверь была открыта… Прошу прощения…

— Я знаю, — Роберт смотрит на меня в упор, — Я хотел, чтобы ты тоже узнала.

— Зачем?

— Чтобы ты понимала, с кем работаешь, — он усмехается, — Я не герой. Я использовал людей, чтобы вернуться домой. И я до сих пор не знаю, жива ли одна хорошая девушка. Всё из-за меня…

Я смотрю на него. На его руки, на его лицо. На то, как он сжимает край стола.

— Она умерла, — говорю я.

Роберт замирает. Его лицо бледнеет.

— Что?

— Марьяна Лебедева умерла, — повторяю я. Голос звучит ровно, хотя внутри всё сжимается.

— Откуда… откуда ты знаешь её имя? — он смотрит на меня с недоумением и подозрением.

— Ты только что называл его, — я не моргаю, — Я была за дверью.

Я чуть не прокололась на эмоциях. Роберт молчит. Он явно не помнит, произносил ли моё имя вслух.