Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 19 – Кейли Смит

— Проклятье, Тесси, – пробормотал Баррингтон, потирая переносицу, словно у него начиналась мигрень. – Похоже, случилось недоразумение. Я очень хочу вернуть тебя домой к матери, но сегодня единственный день в году, когда посещение Энчантры… катастрофично. Уйти будет нелегко, и мне понадобится твое содействие.

— Мое содействие с чем? – уточнила она. Он вздохнул и жестом позвал ее за собой.

— Пойдем. Еще нужно подготовить дом. А поскольку мои дети отказываются делать что-либо полезное, дополнительная пара рук будет не лишней.

Он подошел к одному из закрытых зеркал в фойе, и Женевьева помогла стянуть с него ткань. Поднялось облако пыли. Она закашлялась и замахала рукой, пытаясь прогнать пыль, когда Баррингтон направился к следующему зеркалу. Женевьева фыркнула и последовала за ним.

— Расскажите, кто такой Нокс. И что такое Охота. Кто управляет защитными чарами на воротах? Почему я вас понимаю, хотя вы говорите не по-английски? И в чем именно понадобится мое содействие? – выпалила она, пока он переходил от зеркала к зеркалу и открывал их. – И какого черта в этом доме столько зеркал?

— Ну точно дочь Габриэля Уайта, – пробормотал Баррингтон.

Она резко вдохнула.

— Вы знали моего отца? Я думала, вы перестали общаться с моей матерью до этого…

— Мы с ним виделись очень, очень мимолетно, – сказал Баррингтон. Резко повернулся и направился к входу в бальный зал. Женевьева не отставала.

— Как я сказал, чары с поместья мне снять не под силу – их наложил очень могущественный дьявол по имени Нокс, – объяснил он, входя в бальный зал и резко поворачивая направо. – Благодаря его же магии ты понимаешь наш родной язык – язык ада. Скоро по этим коридорам будут ходить самые разные существа, и магия перевода позволит нам понимать друг друга. Скоро ты даже перестанешь замечать смену языков.

— Подождите, Нокс – дьявол? – замерла Женевьева. – Я уже повидала дьяволов в своей жизни.

— Не таких, как Нокс, – заверил Баррингтон, срывая тряпку с одного из огромных зеркал, висящих параллельно арочным окнам на противоположной стене. – Если к нему попадают незваные гости, особенно сегодня, обычно приходится убирать лужи крови. Но, к счастью, Роуингтон – самый практичный из моих детей.

— Я запуталась, – призналась Женевьева. – Получается, вы работаете на этого дьявола?

— Не просто работаю, мисс Гримм. Я – его фамильяр, – произнес Баррингтон, и в его словах промелькнула тьма. – Тебе уже приходилось сталкиваться с фамильярами?

— Я… о них слышала, – сказала она, когда они снова направились в вестибюль.

Женевьева вспомнила классификацию паранормальных существ, которую изучала в поместье Гриммов. Фамильяры – существа без собственной магии, связанные с могущественным хозяином, например дьяволом. Они считались бессмертными, потому что их жизнь связана с жизнью хозяина. Если хозяин живет вечно, то и фамильяр будет жить вечно.

Но люди редко становились фамильярами. Чаще всего это были животные.

Животные на портретах, догадалась Женевьева, проходя через фойе к коридору с картинами. Снежный барс. Сова. Умбра.

— Связь между фамильяром и его хозяином практически неразрывна, – продолжил Баррингтон. – Поэтому я с Ноксом дольше, чем себя помню, и поэтому большинство людей выбирают животных. Только представь: оказаться навеки связанным с тем, кого ненавидишь.