Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 140 – Кейли Смит

Ее неотступно преследовало неосознанное, необъяснимое ощущение, что она упускает нечто важное.

Наконец они покинули библиотеку и отправились ужинать с Эллин, которая без умолку пересказывала сплетни о печально известной семье Серпентайн, о которой Женевьева столько слышала на дне рождения. Она поймала себя на мысли, что, вероятно, именно так чувствовала себя Офелия, когда Женевьева возвращалась домой с историями о шумных вечеринках и встречах с друзьями.

После ужина Женевьева записала в дневник события прошедшей недели, тщательно заполняя пробелы и подробно описывая упущенное. Она попыталась разобраться в чувствах к Роуину, но по-прежнему не могла их определить – особенно теперь, когда ее терзали подозрения, что он мог заключить какую-то коварную сделку с Ноксом. В конце концов, дьявол не раз предлагал ей сделку, а все вокруг ясно давали понять – прежде всего Нокса интересует зрелище для тех, кто платит.

— И вот их осталось пятеро, – объявил Нокс, появившись в бальном зале и возвращая Женевьеву к реальности.

Без лишних слов дьявол подбросил в воздух Охотничий Клинок, и тот устремился прямо к Эллин.

— О, Ковингтон Сильвер, – Эллин отбросила со лба прядь платиновых волос, – после вчерашнего лучше беги.

Ковин ухмыльнулся.

— Вперед, сестренка.

— Игра? – спросил Нокс.

— Зайцы и выстрелы, – объявила Эллин.

Нокс кивнул.

— Начали.

Как обычно, Грейв и Ковин неторопливо вышли из зала, и, к удивлению Женевьевы, Роуин последовал за ними, не став ее дожидаться. Похоже, Грейв тоже это заметил.

Она бросилась за Роуином, но он юркнул в уборную и заперся прежде, чем она успела его догнать. Когда она постучала, изнутри раздался оглушительный грохот.

Что за черт?

Дверь распахнулась.

— Ты правда решил уйти без меня? – выдохнула она. – Даже не объяснив, что, черт подери, значит «зайцы и выстрелы»? Что ты наделал?

Зеркало над раковиной было разбито. Его поверхность больше не отражала свет – теперь она стала черной. Осколки стекла усыпали столешницу, среди них темнели капли черной крови. Женевьева опустила взгляд на кулак Роуина: он рассек кожу на костяшках, но рана уже затягивалась.

Роуин затащил ее внутрь и захлопнул дверь. Женевьева выразительно посмотрела на зеркало, и он провел рукой по волосам.

— Игра Эллин – вариация на тему «убить двух зайцев одним выстрелом», – монотонно пояснил он, словно это самое важное. – Если бы ты позволила мне закончить экскурсию несколько дней назад, ты бы знала. Если во время раунда ты столкнешься с другими игроками, ты обязана оставаться с ними до конца. Так охотнику проще собрать всех вместе. Хотя обычно эту игру выгоднее выбирать на более ранних этапах.

— Роуин, что случилось? – спросила она. – Что, черт возьми, произошло в Ноксиуме? Раньше ты вел себя иначе.

Его лицо оставалось непроницаемым.

— Как именно я вел себя раньше, проблема?

— Как… как…

— Поконкретнее, – насмешливо протянул он.

— Не притворяйся, будто тебе плевать…

Он молниеносно прижал ее к стене.

— Вот в этом и беда, – хрипло сказал он. – Мне не плевать, Женевьева.

Фраза повисла в воздухе – словно он не мог заставить себя сказать больше. Мысли Женевьевы снова вернулись к его встрече с Ноксом. Дьявол наверняка что-то ему предложил. Но согласился ли Роуин на сделку?

— Ты трус, – наконец выпалила она. – Что бы ты ни скрывал… ты трус.