Книга Дом Вечности, страница 53 – Мара Вульф

— Что там видно? – раздается голос Роуэна. Он вскакивает на ноги и подбегает к нам. Никос случайно задевает телескоп, сбивая фокусировку. Роуэн быстро бросил взгляд в окуляр. – Кассиопея? Серьезно? Никогда не понимал, что ты находишь в этих звездах.

— Как и я не понимаю, какой смысл заманивать в постель всех девушек с трех курсов, – парирует Никос.

Роуэн смеется, поднимая руки:

— Не всех, звездный мальчик. Мои подруги не в счет. – Он обнимает Уиллоу и по привычке целует ее в макушку. Она, смутившись, шутливо толкает его в бок.

Мы с Джуной обмениваемся взглядами. Уиллоу давно влюблена в Роуэна – с самого первого их столкновения в коридоре: он тогда собрал ее вещи, угостил кофе, и с тех пор она смотрит на него как на чудо света. Я часто задаюсь вопросом, смотрела ли когда-то так на Аттикуса? От одной лишь мысли об этом у меня по коже бегут мурашки. Но Роуэн не Аттикус. Он бы не воспользовался ее чувствами.

— Кассиопея, – заученно продолжает Никос, чтобы разрядить обстановку, – одно из сорока восьми классических созвездий. Вам точно придется распознавать ее на выпускном экзамене.

— «W» на небе легко узнать, справлюсь, – отмахивается Роуэн. – Лучше бы подумали, как помочь Эйв, – резко меняет он тему. – Она не может одновременно и собирать время, и тренироваться на штормовика. Мэверик только и ждет, когда она сдастся. Почему, кстати? – Он переводит на меня внимательный взгляд. – Ты что, бросила его? Он не похож на человека, который долго горюет.

Ну хоть Уиллоу не рассказывала им о нашем печальном расставании. И на этом спасибо.

— Нет. После учебы он хотел вернуться в Бакту, вот и вся история, – уклончиво отвечаю я. Никакого сочувствия мне не нужно. – Я справлюсь.

Джуна вытаскивает из заднего кармана мятый лист бумаги.

— Я надеялась, что будет чуть больше драмы, – ухмыляется она. – У меня для тебя подарок. Украла его из библиотеки. – Она разворачивает лист и поднимает его. Я сразу узнаю изображение. Аттикус. Он не улыбается, хотя у него есть повод: на груди сверкает Орден за особую храбрость, которым его наградили за спасение Серены.

— И что мне с этим делать?

— Можешь повесить его над кроватью, или мы устроим небольшие состязания. Кто попадет в это абсурдно красивое лицо, тот следующий раз в «Никсе» пьет за счет остальных. С такой внешностью неудивительно, что он стал козлом, – добавляет она.

Он не был козлом. Не всегда. Но я проглатываю эти слова.

Роуэн с ухмылкой кивает:

— Проблему это, конечно, не решит, но зато поднимет настроение, когда он снова начнет доставать Эйвери. Отличная идея, Джуна. Начнем прямо сейчас. – Он осушает бокал вина одним глотком и хватает листок.

Никос качает головой, но все же идет к книжной полке, куда Роуэн прикрепил лист с изображением Аттикуса.

— Ты первая, Эйв, – великодушно говорит он, а Джуна протягивает мне нож. – Удачи.

Я взвешиваю его в руке. Он не подходит для метания, но для нашей игры сгодится. Роуэн отступает в сторону, а я встаю, расставив ноги пошире. Метание ножа входит в курс подготовки штормовиков, так что какие-никакие навыки у меня имеются.

— Целься прямо в лоб, – хихикает Джуна.

Я заношу руку над плечом так, чтобы лезвие смотрело назад. Главное, правильно согнуть руку и вовремя бросить. Наконец, нож взмывает в воздух и вонзается в дерево, слегка задрожав.