Книга Дом Вечности, страница 206 – Мара Вульф

— Боишься все-таки? – с вызовом спрашивает он.

Я качаю головой. Слишком резко, чтобы это выглядело убедительно.

— Маленькая лгунья. – Он двигается столь стремительно, что я едва успеваю заметить. В следующее мгновение он хватает меня за руку и вкладывает в нее прохладную рукоять ножа. – Рукоять сделана из закаленного оникса, а лезвие – из стократно кованого серебра, – шепчет Минас. – Ни в одной галактике ты не найдешь оружия мощнее. Если ты и правда такая смелая, как я думаю, тогда разрежь им одну из своих линий времени, желательно ближе к пульсу. А потом проделай то же самое с тем, кого хочешь одарить. Время найдет свой путь.

— Ты давал такой же совет повстанцам? Поэтому они режут наши линии? Ты обманываешь меня?

Его губы слегка подергиваются.

— Вот сама и узнаешь, дорогая.

Я задерживаю дыхание, когда он снова прижимается губами к моей шее и коротко, но резко всасывает кожу. Меня передергивает от ужаса.

— Какая бездарная трата времени! Но кто я такой, чтобы отказывать тебе в твоем самом большом желании? – бормочет Минас и отстраняется, растворяясь в клубах дыма. Если бы не нож в руке, я бы решила, что все это мне померещилось.

Тристана и Сэйнта не видно, когда я, пошатываясь, обхожу виллу и поднимаюсь по лестнице. Кинжал сжимаю так крепко, что побелели костяшки пальцев. Я не должна доверять Минасу. Почему он вообще решил мне помочь? Все это не имеет никакого смысла. Может быть, это вообще неправда и я убью Финолу? Меня тошнит от ужаса, но вместе с тем в груди зарождается надежда.

Не успеваю я дойти до верхней ступени, как сетчатая дверь открывается. На пороге появляется Тристан, скрестив руки на груди.

— Я же ясно сказал, тебе здесь не рады.

— Трис. – Рука ложится ему на плечо, и Малия отодвигает его в сторону. – Она больше не просыпается, – тихо говорит она мне. – Он нашел контрабандиста и отдал ему все наши деньги. Но он не успеет вернуться с лекарством вовремя.

Тристан выглядит виноватым. Я заглядываю в окно. Сэйнт сидит за длинным столом с пятью детьми и двумя взрослыми.

— Я пришла, чтобы помочь ей, – говорю я твердым голосом. – Поэтому ты должен впустить меня.

— Что ты задумала? – Он мне не верит.

— То, о чем ты просил. Я дам ей время, пока не принесут лекарство.

— Ты утверждала, что не можешь. Что изменилось?

Сэйнт подходит к двери.

— Джуна тоже здесь? – спрашивает он.

Я качаю головой:

— Она злится, потому что из-за меня ее больше сюда не пускают.

— Из-за тебя? Этот идиот все-таки запретил ей приходить? В мой дом, между прочим, – добавляет он.

Я не хочу, чтобы они тоже поссорились. Их и без того ждет тяжелое будущее. Тяжелее, чем жизнь, которую они ведут сейчас. Им придется держаться вместе, никто не вынесет это бремя в одиночку.

— Если Тристан меня впустит, я все исправлю.

— Как? – Он хмурится, и я не знаю, что на это ответить. Тем не менее Тристан уже отступает в сторону. – Поднимайся, – приказывает он.

Сэйнт касается моего плеча. Он все еще бледен, но пытается поддержать и вступиться за меня.

— Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю я, пока мы поднимаемся по лестнице. Все здесь мне до боли знакомо, но я понимаю: это мой последний день в этом доме.

— Бывало и лучше.

— Тебе нельзя возвращаться в шахты. Вам всем пора уходить, – поспешно добавляю я. – Акинфос больше небезопасен. – Остальной мир тоже, но об этом они узнают достаточно скоро.