Книга Дом Вечности, страница 187 – Мара Вульф

Уиллоу крепко обнимает меня:

— Все будет хорошо. Мы приедем, как только сможем.

— Я знаю. – Если переживу эту ночь, то завтра же полечу в Нариссос за лекарством. Финоле осталось совсем немного. Сам факт, что она продержалась до этого дня, само по себе чудо.

Обратно мы с Аттикусом едем молча. Мы сидим рядом, пока дождь за окном все усиливается и усиливается. Автобус с трудом преодолевает глубокие выбоины на дорогах, заполненные дождевой водой, и грязь долетает даже до стекол. В какой-то момент Аттикус берет меня за руку и, незаметно задрав рукав куртки, проверяет мои линии времени. Они сейчас темно-красные, потому что я успела наполнить их на рынке. Я уже подозревала, что он не доверит проверку Ноксу. Сам хочет во всем убедиться. Он облегченно выдыхает и до конца поездки не отпускает мою руку. Я кладу голову ему на плечо и закрываю глаза.

— Мы приехали, – шепчет Аттикус и целует меня в висок.

Видимо, я на секунду задремала. Снаружи все еще идет проливной дождь. Аттикус не отпускает меня, когда мы выходим из автобуса, не отпускает, даже пока мы бежим до башни. Затем он провожает меня до самой комнаты.

— Прими горячий душ и немного отдохни, – велит он. – И оденься потеплее.

На моих губах играет улыбка:

— Есть еще указания?

— Этот шторм будет сильнее того, в который вылетали Роуэн и Джуна. Мы будем держаться вместе. Не пытайся ставить глупые рекорды, слышишь? Просто выживи. Этого будет достаточно.

Мой взгляд задерживается на его губах. Я вытираю дождевые капли с его щек. Больше всего мне хочется затащить его в комнату и забраться под горячий душ вместе с ним.

— Эвер. – В голосе звучит глухое предостережение. – Не смотри на меня так. Просто пообещай выжить. Потом мы поговорим. Я отвечу на каждый гребаный вопрос, который у тебя есть. И расскажу, почему тогда был вынужден уйти.

Я отрываю взгляд от его губ.

— Я и не собиралась умирать сегодня. Но теперь у меня появился еще один повод этого не делать.

Аттикус приподнимает мой подбородок и мягко целует. Его губы прижимаются к моим совсем ненадолго, как будто он не хочет меня отпускать. Если мы выживем и безумный план отца сработает, то повезет, если он вообще со мной заговорит. Меня пробирает страх – не от шторма, а оттого, что случится, когда он узнает, что я использовала его.

Для экзамена я одеваюсь особенно тщательно: теплое белье, шерстяной свитер и черные кожаные штаны. Я отказываюсь от любимых цепочек и украшений, зашнуровываю кожаные сапоги, заплетаю волосы в тугую косу и, наконец, накидываю красную кожаную куртку. Надеюсь, в последний раз. С завтрашнего дня буду носить форму штормовика.

Довольная своим внешним видом, я забираю свою плеть из гнезда и направляюсь в архив. Самый сложный этап. Аттикус уже проверил мои линии времени. Плеть он тоже непременно проверит. Никоса нигде не видно, зато только что вернулась группа собирателей – и это мне только на руку. Я подхожу к часовщице с первого курса и встаю в очередь. Жду целую вечность, потому что она еще совсем не опытна и не справляется с планшетом. Но в конце концов очередь доходит и до меня.

— Привет, – выдавливает она, напряженная до кончиков пальцев.

— Привет, – улыбаюсь я, и она сразу расслабляется. Парень передо мной нагрубил ей за то, что пришлось ждать слишком долго. – Я хочу сдать время и зарядить плеть.