Книга Маврика, страница 65 – Инесса Мизер

Вода ударила в колени, рванула за сапоги, попыталась сбить с шага, но он не сбавил темпа. Шёл напролом, стиснув зубы, упрямо глядя на противоположный берег, будто сам взгляд мог удержать его на ногах. Бочка на плечах намокала, тяжелела с каждым мгновением, но Борх только крепче стискивал её, не позволяя себе даже моргнуть.

Чуть позади, шёл Тарк, спокойно выверяя каждый шаг. Он знал эту реку, знал каждый сантиметр своей земли. Он ждал и буквально считал шаги: вот здесь — чуть левее, чтобы обойти скрытый водоворот, вот тут — опереться на плоский камень, который не скользит.

И он знал про выемку. Ту самую, что пряталась под бурлящей пеной, будто зев хищника, готового проглотить любого, кто не заметит подвоха.

Борх этого не знал. Он шёл напролом, стиснув зубы, бросая вызов самой природе. И потому не увидел, как вода вдруг стала ниже, будто приглашая шагнуть смелее. Он шагнул — и в тот же миг ушёл под воду вместе с бочкой, провалившись в выемку, где течение сбивало с ног и крутило, не давая встать.

Бочка рванула его вниз, вода хлестнула в лицо, забивая дыхание. Борх вынырнул, хватая воздух, но тут же снова ушёл под воду — течение тащило его, не давая зацепиться за дно. Он боролся, молотил руками, пытался выгрести, но река не отпускала. Бочка со всем его высокомерием уплывала в неизвестном направлении.

На берегу толпа ахнула, кто-то закричал, кто-то рванулся вперёд, но старейшины удержали — в такой воде без верёвки и опоры можно было только самому утонуть.

Маврика застыла, будто окаменев, а потом вдруг сорвалась с места:

— Тарк! — крикнула она, и голос её прорвался сквозь шум воды и крики толпы.

Но он уже выкинув свою бочку, пытался догнать Борха по течению — он рванул наискось, туда, где река делала поворот и где из воды торчал обломок старой коряги. Он успел схватить её, выдернуть, и, крепко уперевшись ногой в камень, швырнул длинный конец вперёд — туда, где Борх снова вынырнул, хрипло глотая воздух.

— Держи! — рявкнул Тарк.

Борх, уже почти обессилевший, на миг замер, а потом вцепился в корягу обеими руками. Пальцы скользнули, он чуть не выпустил, но всё же удержал. Тарк потянул, упёрся, потянул снова — и вытащил его из водоворота, буквально выдернул из лап смерти.

Они оба рухнули на берег — мокрые, тяжёлые, задыхающиеся. Бочки так и осталась где-то в реке, унесённые течением.

Толпа замерла, а потом взорвалась криками облегчения, смешанных с изумлением.

Старейшина на помосте медленно поднялся и произнёс :

— Сегодня мы видели не только силу и упорство. Мы видели готовность протянуть руку тому, кто тонет. Это тоже — черта вождя.

Борх лежал на боку, тяжело дыша, вода стекала с него ручьями. Он повернул голову, посмотрел на Тарка — и вдруг хрипло, с трудом, но отчётливо произнёс:

— Спасибо.

Тарк не стал отвечать словами. Он просто протянул ему руку, помогая подняться.

Старейшина поднял руку — и шум на площади постепенно стих. Он оглядел толпу, задержал взгляд на Тарке, потом на Борхе, и голос его прозвучал твёрдо, без лишней торжественности:

— В этом состязании победил Тарк. Если бы он не пришёл на помощь к Борху, то свою бочку он бы донёс до места. Но, проявив благородство и недюжинную храбрость, он спас Борха — и тем самым выиграл это состязание.

Толпа на миг замерла, переваривая сказанное, а потом по рядам прокатился шёпот, который быстро перерос в одобрительные выкрики. Кто-то хлопал, кто-то свистел, кто-то кивал, будто только сейчас понял, что значит быть вождём не просто сильным, а ещё и тем, кто не даст утонуть другому, даже если это соперник.