Книга (не) плюшевый зайчик для бывшей детдомовки, страница 14 – Ольга Рома

Аня усмехнулась, вспомнив, в каком виде ей достался зайчик и каким к ней вывалился из дыма расколдованный царевич.

— А нищим тем сам Светозар оказался, — продолжала служанка. — Это он хотел Вельбора проверить: готов ли тот царствовать, сможет ли о народе своём позаботиться. Батюшка-царь-то уже в то время сильно плох был и хотел сына на царство поставить. Так вот, не прошёл царевич испытание. Осерчал волшебник и в игрушку его превратил!

— Откуда ты всё это знаешь? Тебя ведь тогда ещё, поди, и на свете не было? — удивилась Аня.

— Так мамка мне моя сказывала. Она в тот день на базаре была и всё своими глазами видела. Мамка тогда ещё совсем девчонкой была. Волшебник сказал, что через тридцать лет и три года заклятие смогут снять три поцелуя, подаренные царевичу доброй душой, тоскующей по любви. Но все три должны случиться до первого дня нового года. Иначе он снова станет игрушкой — на этот раз, скорее всего, уже насовсем.

— А если поцелуев будет меньше? — затаив дыхание, спросила девушка служанку.

— Сказано же — снова станет игрушкой. Насовсем, — сделав большие глаза, ответила Настя.

— Где бы мне этого Светозара найти? — нахмурилась Аня, размышляя. — Потолковать мне с ним нужно.

Глава 8

Так по городу где-нибудь мотается. Может, на площади опять, — ответила служанка. — Страстно он любит среди торговцев толкаться. Только вам одной выходить не велено.

— Что значит «не велено»? — возмутилась Аня, уперев руки в бока. От этого её платье сверху вылезло из-под импровизированного пояса, и девушка стала похожа на перетянутый бечёвкой подарок.

— А то и значит. Его высочество запретил вас одну из терема выпускать. На выходе стража стоит. — Она подняла указательный палец вверх и потрясла им в воздухе и назидательно закончила: — Опасается, что вы в незнакомом месте заблудитесь.

Аня раздражённо одёрнула платье, бросила на себя взгляд в зеркало и решительно направилась к двери.

— Это высочество у меня сейчас получит!

Настя кинулась вперёд открывать двери. В её глазах мелькнуло что-то похожее на восхищение, а глаза горели в предвкушении скандала.

— Где он?

— Сегодня просящих принимают. Наверное, его высочество в тронном зале, — с готовностью ответила служанка и пошла вперёд, указывая путь.

— Апчхи! — чихнула Аня. — У вас тут вообще убирают?

В длинном коридоре без окон на стенах в подсвечниках горело всего две свечи. Воздух стоял тяжёлый и спёртый, а под ногами что-то хрустело.

Настя, не оборачиваясь, повела плечом.

— Ну да. В хозяйских покоях. До остального им дела нет. А нам зачем надсажаться?

— А как же покои, где я спала? Кстати, в соседней гостиной спал ваш царевич.

Служанка остановилась, и Аня чуть не налетела на неё.

— Вы меня за это простите, барышня, — девица потупила взор, — но вчера вы были похожи на голодранцев. Кто ж знал, что это пропавший много лет назад царевич вернулся, да ещё и с невестой.

— Я ему не невеста! — уже на автомате возразила Аня. — То есть, если не царевич, то людей надо как в хлеву держать?

Настасья ничего не ответила и пошла дальше. Через два поворота она осторожно приоткрыла дверь. За ней открывался просторный зал, откуда доносился негромкий мужской голос.

Аня без стука вошла и увидела Великa, сидящего со скучающим видом на массивном деревянном троне. Когда-то резьба на нём сияла свежими завитками, но теперь нити узоров потемнели и забились чёрной копотью. Кожаная обивка потускнела и кое-где потрескалась.