Книга Цвет любви - рыжий!, страница 69 – Наранга

В свете сплошных вспышек мир становился резким, черно-белым и нереальным — застывшие в ужасе деревья, летящие горизонтально струи дождя… Вот неподалеку рухнуло одно дерево. А вот и второе…

Любава, крича что-то, что невозможно было разобрать, воткнула в землю и изо всех сил удерживала две сломанные бурей ветки. несмотря на попытки ветра вырвать их из рук. Над головами путешественников затрепетал, замерцал и натянулся легкий, полупрозрачный купол, похожий на мыльный пузырь.

Вода с яростью обрушивалась на него, но не пробивала, а скатывалась по бокам, образуя вокруг их укрытия настоящую водяную стену. Под этим куполом было чуть-чуть потише, и грохот грома уже не оглушал, а доносился как постоянный гул.

Третье дерево рухнуло прямо на них, но лишь спружинило и отскочило. Любава прошлась руками по одежде и по вещам, в воздух поднялось облако пара, а когда оно рассеялось, все стало сухим.

— Медку бы Трофимова… — пробормотала бабушка и прилегла. Немало сил ушло на это колдовское чудо, но оно того стоило. Влад вытащил заранее нарванную серебрянку, отжал, как когда-то показывал Алисе, и напоил Любаву. Та заметно повеселела.

А вокруг прозрачного пузыря бушевала гроза. Алиса сидела, обхватив колени, и смотрела на это безумие стихии. Она чувствовала, как земля под ней вздрагивает от каждого удара грома.

И вдруг… Она поняла, что один из этих толчков — другой. Словно и не удар вовсе, а какое-то шевеление снизу. Ощущение, будто почва проседает. Она вскрикнула, но ее голос потерялся в общем гуле.

Она посмотрела на Любаву и Влада — те сидели спиной к ней. Похоже, поддерживали своей силой защитный купол.

И в этот момент земля ушла у нее из-под ног. Не провалилась, а словно размякла, превращаясь в жидкую трясину. Холодная, липкая грязь сомкнулась на ногах Алисы. Она попыталась вырваться, закричать, но ее затягивало с невероятной силой. Почти как тогда, в реке.

Она увидела, как Любава оборачивается, как ее глаза расширяются от ужаса. Увидела, как Влад бросается к ней, протягивая руку. Их пальцы почти соприкоснулись. Но было слишком поздно.

Очнулась Алиса в темноте. Рукой нащупала камень. Она лежала на холодном полу. Глаза постепенно привыкли и начали различать смутные очертания. Вроде бы это небольшая комната без дверей.

Она встала и обошла ее по периметру. Стены грубой кладки, кое-где покрытые мхом. Высоко под потолком видны узкие, как бойницы, окна. Сквозь них едва сочится тусклый, болезненный свет, не похожий ни на солнечный, ни на лунный — пепельный, мертвенный.

«Где я? Что случилось?» — пронеслось в голове. Все тело ломило, будто ее протащили через дробилку. Она вспомнила грозу, провал в земле, руки, тянущиеся к ней…

«Любава! Влад!» Сердце сжалось от страха за них. Но почему забрали только ее? Бабка-манок тогда, у реки, тоже охотилась именно на нее. Словно она была им зачем-то нужна. Но кому это «им»?

И, главное — зачем? «Извлечь к мертвому», как тогда Влада? Или для чего-то другого? Мысли путались, подсовывая разные варианты, один страшнее другого. Накатывала новая волна паники.

Внезапно до нее донесся отдаленный шум. Глухой, нарастающий гул, в котором угадывались крики, металлический лязг и что-то еще — какой-то низкочастотный вибрирующий звук, от которого дрожал пол.