Книга Драконье золото, страница 103 – Марина Эльденберт

— Я не хочу, чтобы ты останавливался, — выдохнула я тихо, но уверенно. — Люби меня, мой Вертейд.

Что я знала про страсть до этого? Совершенно ничего. Потому что моя сорочка и его одежда треснули под натиском его пальцев. И когда мы оказались кожа к коже, это было божественно. Это было нечто невероятное. Распаленная до предела, готовая его принять, я почти не почувствовала обещанной боли, которой пугают всех невест брачного возраста. Она быстро переросла в восхитительную наполненность и наши движения навстречу друг другу.

Верт переплел наши пальцы, а я закинула ноги ему на бедра, и наша страсть расцвела восхитительным цветком. Я металась по постели, переполненная этим огненным чувством. Отраженным в его глазах, в его рычании, в моих стонах и криках удовольствия. Которое вспыхнуло будто драконье пламя, и в миг сожгло прежних нас. Оставив лишь рассыпавшиеся искры наслаждения и нашу любовь.

— Не могу поверить, что она не будет с нами учиться, — грустно сказала Стелла, когда мы сидели за нашим любимым столиком в академическом кафетерии. Только теперь нас было двое, а еще все-все-все столики были заняты, и от голосов студентов стоял веселый бодрящий гул.

Первая учебная неделя выдалась легкой, поскольку в основном были лекции. Адарен подписал указ, согласно которому девушка может выбирать, на какой факультет ей поступать. Причиной тому был наш созданный совместно с Вертом артефакт.

— Такой талант пропадать не должен, — скупо сообщил ректор, когда я приподняла брови в ответ на его решение.

— Надо же, небо не упало на землю, — прокомментировал Верт, за что заработал тяжелый взгляд от старшего.

— И такой, и все остальные тоже, — подвел итог Адарен. — Все, свободны.

Он с нами общался по необходимости, и вообще у меня возникало чувство, что мой выбор (который вообще не выбор) старший Веррес не оценил. Но мне было все равно. Я была влюблена, счастлива, а возможность учиться на любимой артефакторике сделала это счастье полным… почти.

Потому что с нами не было Электры, и я испытывала те же самые чувства, что и Стелла. К сожалению, после отравления она вместе с драконом полностью лишилась магии и отозвала документы из академии. Я хотела поговорить с ней, сказать, что на бытовом это не обязательно, там в основном работа с готовыми артефактами, или, например, она могла бы теперь тоже выбрать артефакторику и стать ученой, но Электра отказывалась со мной встречаться. Она не отвечала на мои письма, и поначалу я думала, что дело во мне. Но потом она не ответила ни на одно письмо Стеллы, и на ее просьбу увидеться, и я поняла, что нет.

— Надеюсь, ее дед сгниет в тюрьме, — зло сказала подруга, увидев отражение ее мыслей на моем лице. — За то, что он с ней сделал! За то, что он сделал с Верресами!

На допросах Эджертон рассказал, что планировал выдать внучку за того, кто в будущем станет королем, а Верресы ему очень сильно мешали. Электра должна была стать королевой, а Эджертон — приблизиться к власти. Вот так все просто и банально. Но он проиграл, и проиграл ценой поломанной жизни собственной внучки. За это я его просто ненавидела! Ненавидела изо всех сил, даже не представляла, что способна на такое. Хотя ненависти и презрения Эджертон заслуживал сполна, по его милости мог погибнуть мой истинный и все, кто ему дорог.